Глава XVI
— Что случилось? Говори быстрее, — лишь оказавшись на улице, торопливо и приглушенно процедил в трубку Завязин.
— Привет, — раздался кроткий голос Любы.
Спешно обходя дом, одной рукой прижимая к уху телефон, а второй на ходу надевая куртку, Завязин продолжал вслушиваться в доносившиеся из трубки звуки, ожидая продолжения, но ничего более не слышал.
— Алло, — громче произнес он, решив, что возникли проблемы со связью.
— Привет, — все так же тихо повторила Люба.
— Что значит привет?.. Я не один сейчас и не могу долго разговаривать. Ты зачем звонишь?
— Нам нужно поговорить.
— Так говори. Только быстрее, пожалуйста.
— По телефону нельзя. Приезжай ко мне.
— Ты шутишь? — обомлел Завязин. — Просто так, с бухты-барахты: «приезжай ко мне». Я не могу.
— Нам нужно поговорить.
— Говори, я слушаю.
— Надо, чтобы ты приехал, — взывающим к пониманию, почти умоляющим тоном сказала Люба.
— Я никак не могу приехать! — начав терять самообладание, нервно воскликнул Завязин.
— Глеб, это очень важно.
— Я не могу! Ты же знаешь, что я даже не в городе сейчас!
— Ты должен приехать. Я… — но голос Любы прервался, потому что Завязин сбросил вызов, как загипнотизированный уставившись на жену.
Полина стояла в трех шагах от него, на углу дома, освещаемая падающим из окна светом. Скрестив руки на груди, она прятала кисти под мышками, прижимая к телу края пуховика, который не успела застегнуть, а только запахнула. На голове у Полины не было шапки, и ее короткие взъерошенные волосы колыхались на ветру: то полностью скрывали собою лоб, то вдруг, вздергиваясь вверх, оголяли его. От мороза нос и щеки у нее покраснели, а сбитое взволнованное дыхание испускало в воздух отрывистые клубы густого насыщенного пара. Она стояла, приподняв плечи, будто в ожидании удара, и, обратив к мужу скривившееся в болезненной гримасе лицо, смотрела на него из-под напряженно сведенных бровей истерзанным внутренней борьбой взглядом.
При виде Полины страх охватил Завязина. Он не заметил, как появилась жена, не знал, сколько она уже стояла рядом, что успела услышать, и все эти неразрешенные вопросы, разом вспыхнув в подсознании, ввергли его в полнейшую растерянность. Единственное, что он сумел сделать, так это, повинуясь первой возникшей реакции, сбросить звонок Любы, после чего опустил телефон и молча испуганно уставился в глаза жене, не зная, что сказать, да и не в состоянии произнести ни звука.
Так прошло несколько мимолетных мгновений, в течение которых между супругами безо всяких слов было пересказано и понято больше, чем за два последних месяца. Вдруг тишину прервал очередной вызов в телефоне Завязина, на который он поначалу вовсе не обращал внимания, и только спустя некоторое время, будто сообразив, что звонили ему, медленно поднес аппарат к уху.
— Да, — отрешенно произнес он.
— Я беременна! — раздался в трубке отчаянный голос Любы. Меньше всего хотелось ей сообщать о своем положении по телефону, но она вынуждена была пойти на этот шаг, не представляя другого способа заставить любовника приехать сейчас к ней.
Не отрывая трубки от уха, Завязин некоторое время продолжал с растерянным выражением лица не моргая смотреть прямо в глаза жене, не сознавая услышанного и вообще перестав понимать что-либо. С полминуты он пребывал в совершенном ступоре, и неизвестно, сколько бы это продолжалось, если бы из телефона вновь не послышался тревожный голос Любы:
— Ты слышишь?.. Глеб?!.
— …Я буду через час, — наконец произнес Завязин и, не дожидаясь ответа, сбросил вызов.
— Куда ты собрался? — тут же взволнованно обратилась к мужу Полина.
— На работу нужно, — ответил он. Значение слов Любы начало потихоньку, издалека проявляться в его голове.
— Ты что, сейчас на работу поедешь?
— Да.
— Что ты врешь! — выпалила Полина.
Муж ничего не отвечал.
— Я поеду с тобой.
— Нет, — резко и категорично отрезал Завязин.
— Тогда и ты никуда не поедешь!
— Меня вызывают на работу. Куда ты со мной? Оставайся здесь, а завтра приедешь со всеми… Или я заберу тебя.
— Ты все врешь! Тебя никогда не вызывали на работу по звонку. Да и какая работа в субботу поздно вечером?! Это все ложь!..