— Парень один пишет. Ха-х! Три дня назад познакомились. Запал на меня. Буквально с ума сходит. Страстными посланиями засыпал… — насмешливо-пренебрежительно проговорила Катя, бессознательно желая подчеркнуть Юрию факт наличия потерявшего голову от любви к ней поклонника. — А у тебя есть девушка?
— Я же женат, — сказал Юрий, подняв вверх и раскрыв правую ладонь, на безымянном пальце которой было надето обручальное кольцо. — Тебя это не смущает?
— Нет, — спокойно ответила Катя.
— Сейчас покажу тебе кое-что, — вдруг встрепенулся Юрий, увидев лежавший возле рычага переключения передач бумажник.
Открыв портмоне, он достал из него крупную, размером с дореволюционный рубль монету, на которой было отчеканено изображение листка растения, покрытое эмалью темно-салатового цвета.
— Это конопля, — весело сказала Катя.
— Да. Тут даже написано: cannabis sativa — конопля посевная, — указал Юрий на надпись по окантовке монеты. — Монета медно-никелевая, но покрыта серебром.
— Где ты ее взял?
— В интернете купил… Потри листок. Это монета с запахом.
— Монета с запахом?
— Да. Давай, потри пальцем прямо по эмали, а потом понюхай.
Потерев монету и поднеся ее к носу, Катя просияла в изумлении.
— Очень похоже… Но не совсем то, — сказала она.
— Не совсем что? — лукаво сощурил глаза Юрий, принимая назад протянутую девушкой монету. — Это же запах растения, а не вещества. Но ты, я смотрю, знаешь, о чем речь. У меня дома есть немного травки, так что после фильма можно будет расслабиться.
Ответив на предложение многозначительной улыбкой, Катя перевела взгляд в сторону, за плечо Юрия, где на соседней парковке в этот момент остановилась уже знакомая ей красная малолитражка.
Глава VII
— Долго ждете? — оказавшись на улице, обратился к другу Каюмов.
— Да нет. Минут двадцать.
— Надо было мне с вами ехать, — выйдя из машины, капризно сказала Аня, поспешив к Кате резким нетерпеливым шагом, будто убегая от чего-то крайне неприятного, тяготящего ее, и желая скорее обрести прежнее привычное состояние духа в компании подруги.
Постояв на улице еще некоторое время, молодые люди направились в кинотеатр. Было уже довольно поздно, да к тому же шел показ, и, помимо обслуживающего персонала, в фойе никого больше не оказалось. Из сеансов тоже выбирать не приходилось: оставался только один, последний — второсортный фильм ужасов с шаблонным сюжетом о группе студентов, попавших в ловушку в заброшенном доме. Купив билеты на просмотр, который должен был начаться еще только через час, друзья взяли по бутылке колы себе, по пиву своим спутницам и направились за столик, а девушки пошли в уборную попудрить носик.
— Нас сейчас обсуждают, — обратился к другу Юрий. — Ну, как у тебя дела с Аней?
— Да-а-а никак, — в досадливом раздражении поморщился Каюмов. — Тупая малолетка. Строит из себя неизвестно кого… Я вообще просто иду кино посмотреть, а на нее мне пофиг.
— Да ты что, дружище? Мне кажется, вполне реально замутить тебе с этой Аней. Девчонки классные. Молодые, открытые…
— И глупые. Мне хватило той т-тупости, что она по дороге несла.
— Что за тупость?
— Да всякую разную беспросветную т-тэт-тупость. Просто реально поговорить н-н-не о чем. С малолетками с этими с-сэ-э-с-связываться… — не закончив фразу, сердито мотнул головой Каюмов. Он начал заикаться все сильнее, что проявлялось у него лишь в моменты особенного волнения, и Юрий, почувствовав себя неловко, поспешил сменить тему.
Минут через десять к друзьям присоединились девушки, и время потекло значительно быстрее. Из зала понемногу начали выходить люди: сначала по одному или парами, очевидно, те, кто не хотел досматривать малосодержательную концовку, предпочитая ей без давки взять куртки в гардеробе; а после хлынула и основная масса народу. Толпа привнесла с собой шум и сутолоку, но никто особенно не задерживался, и вскоре в фойе стало, как прежде, тихо и безлюдно.
Уже вполне можно было проходить на места, но компания до последнего момента продолжала сидеть за столиком, встав только когда контролерши билетов принялись закрывать двери. Зал оказался почти пустым (занято было от силы кресел двадцать), и имелась возможность спокойно выбрать любой ряд, любые места, какие только пришлись по душе. Каюмов с Аней устроились, согласно купленным билетам, прямо посредине, а Юрий повел Катю на дальние, совершенно пустые ряды, главное преимущество которых заключалось для него в том, что выше не сидело ни одного человека.