- Что будем делать?
- Ты думаешь, это правда?
- Я не...
- Эмили, - я взял ее руку, и почувствовал, что та дрогнула, - я не знаю, кто я. Может, быть, призрак, может кто-то еще. Но я точно настоящий.
Я приложил ее ладонь к своей щеке:
- Видишь? Я настоящий.
- Когда я жила в госпитале Святого Михаила, - Эмили облизнула губы, - там был мужчина. Он утверждал, что все это лишь эксперимент...
- Тимей, - я с готовностью кивнул, - я разговаривал с ним. Он говорил, что они хотели узнать, на что способен человеческий мозг. Что мы с тобою связаны...
- Так может, он до сих пор продолжается?
- Боги, - я готов был рассмеяться от облегчения, - значит, ты мне веришь?
- Да, - она ответила на мою улыбку, - я же уже говорила.
- Хорошо, - я устроился по удобней, - Тимей говорил, что нам надо узнать, что именно нас связывает. Почему именно мы.
- Ладно, надо подумать...
Некоторое время мы оба молчали, напряженно думая, вспоминая. За окном подступили сумерки, и мы включили лампу. Внезапно, я услышал, как первые капли дождя, там, на улице застучали по козырьку.
Странно, ведь совсем недавно был снег...
Я внезапно вспомнил, про изображение Махакалы. Индуизм. Согласно ему, в замкнутом пространстве искаженных и упрощенных смыслов, установился линейный ход вектора времени. В этом пространстве линейная структура, один из законов которой...
- Так, - наконец, нарушила тишину Эмили, - так мы не до чего не дойдем. Давай лучше сначала ты. Расскажи мне все, что произошло с самого начала. Во всех деталях. Идет?
Один из законов линейной структуры пространства - цикличность.
- Ну, - я прокашлялся, - все началось с того дня, как убили Синтию...