Смотрю на нее, наклонив голову. Если я правильно понимаю ее, то… так и есть. Удар рукой, который я легко отбиваю в сторону ладонью и тут же – подтянув правую ногу к левой – выстреливает вперед левой, пробивая прямой удар ногой в живот. Вернее … это ей кажется, что она «выстреливает». Блокирую и этот удар. Стандартная двоечка. Продолжения атаки нет, плана на бой нет, чистая агрессия и сила. Конечно, не стоит недооценивать агрессию и силу, потому что этого обычно хватает. Но не против противника, который сильнее и опытней. В моем случае – еще и с боевым предвиденьем, с умением в совершенстве владеть своим телом.
София рычит и набрасывается на меня, ее удары становятся все более размашистыми, она уже не контролирует свою стойку, проваливается на замахах, тактик в голове лениво замечает ее ошибки, показывая, как и что можно было сделать. Вот тут – поймать ее на противоходе, просто шагнуть вперед и выставить локоть, удар, будет разбита переносица, тут – поймать руку на возврате и выломать локтевой сустав против сгиба, здесь – ударом в колено снова напомнить Софии что «Коленные Чашечки – Это Привилегия». Много чего можно сделать с Софией, но мне уже как-то и неохота. Потому что – я могу. Могу все это сделать и даже больше. Она больше не страшна мне… она не была страшна с того самого момента как я очнулась в больнице под капельницей, но это я понимала разумом. Тело же каждый раз сжималось и выбрасывало адреналин при звуке ее хохота или этого «Эй, Хеберт, сюда иди, дылда очкастая!». Но сейчас даже до тела, до подсознания дошло что София Хесс мне не соперник. Ни на каком из уровней. Как говорилось в одном фильме «только если мне свяжут руки и завяжут глаза… хотя и тогда – нет.»
По-хорошему надо мне уже идти к Сплетнице, проверить как там Бакуда, чем они занимаются, но оставить Софию вот так – тоже не годится. В конце концов она сама напросилась на урок. Если прямо сейчас отбросить маску в сторону… фигурально выражаясь, то есть на самом деле – призвать насекомых покрыть мне лицо и показать, что я и есть Мясник Пятнадцать, то педагогический эффект конечно будет достигнут. Но мне охота не просто напугать ее, а показать, что все ее усилия тщетны. Показать разницу, между нами. Заодно – опровергнуть ее дурацкую философию, все это «хищники и жертвы». То есть мне охота не просто поколотить или напугать ее, мне охота именно доказать свою правоту, одолеть ее в споре, а не в драке. Потому что в драке у нее нет никаких шансов. Значит сперва нужно показать ей это.
Отпрыгиваю в сторону. София остается на месте, она следит за мной сузившимся глазами и тяжело дышит. Да, я знаю, выносливость в рукопашном бою требуется совсем другая чем в беге, а она выложилась на полную за эти несколько секунд.
- Что же это такое, София? – говорю я, качая головой: - а ведь я тебя побаивалась. Думала, что ты умеешь что-то.
- Заткнись. – коротко бросает она и кидается в атаку. Отбиваю прямой удар ладонью, блокирую его, этой же рукой увожу в сторону другой удар, подставляю основание ладони, встречая голень ее ноги, когда она пытается пробить снизу. Поворачиваюсь к ней боком, прячу руку за спиной, словно фехтовальщик. Отбиваю удары, перенаправляю их, сама же стою на месте, не сдвигаясь ни на дюйм. Только защита. Удары сыплются градом, ярость Софии придает ей сил, она рычит, обнажая свои белые зубы в оскале.
Наконец она пробует мощные удары, находясь уже почти вплотную ко мне. Я просто останавливаю удар локтем в голову – останавливаю, уперев ладонь в предплечье. Подняв ногу – сбиваю удар коленом в живот. Опускаю ногу рядом со стопой Софии, выставляю колено, прижимая его к ее колену с противоположной стороны и подаюсь вперед всем телом, перенося центр тяжести и …
София падает на землю и перекатывается. Прием называется «нога-змея» и в обычных условиях у меня вряд ли получилось его провести. Однако против Софии с моим явным преимуществом я сейчас не то что «ногу-змею» могу провести, я могу тут начать приемы из профессионального рестлинга начать использовать, все эти «воткни головой в землю» и «упади задницей на лицо противницы». Я могу сделать с ней все что угодно и пожалуйста прекратите советовать мне «выкрути ей соски», - посылаю я мысль своим Мясникам.
- Ты… - выдыхает София, тяжело вставая с земли. Ее грудь ходит ходуном, она жадно глотает воздух. Еще бы, в таком темпе работать, дыхалка не железная.
- Хеберт… - говорит она, замолкает, задыхаясь и мотает головой.