Она прохаживалась от чайного домика к теннисному корту и обратно, изредка присаживаясь, чтобы отдохнуть на сварной железный стул, окрашенный белой краской с проступившей ржавчиной. Она представляла, что сидит и пьет чай в компании Дженни Эльман. Затем шла в казино и щупала пальцами розовые колонны из мрамора. В углу павильона она нашла игрушечную пожарную машину. На ее красной металлической поверхности была ржавчина, след от которой остался у нее на пальцах. У Дженни Эльман был ребенок…
На задней террасе стоял плетеный стул, с которого почти слезла краска. Она уселась на него и стала рассматривать двухэтажное здание, соединенное с основным узким коридором. Видимо, это здание предназначалось для прислуги. У него был отдельный вход, отгороженный деревянной дверью со стеклянными окошками. Если выбить одно из стекол, и без того треснувшее, то без труда можно будет открыть замок, просто засунув внутрь руку! Она ведь видела, как это делается в кино.
Она не спеша подошла к двери и заглянула внутрь. Должно получиться. Правда, на двери был еще и висячий замок, но он совершенно проржавел, и одного-двух ударов камнем или молотком будет вполне достаточно, чтобы сбить его.
Завтра, пообещала она себе, на сегодня достаточно. Завтра она захватит с собой лампочки, войдет в дом и заменит все перегоревшие.
40
Наконец нам с Тоддом удалось загнать Митча в постель, и мы стали вместе с Меган репетировать роль для школьной постановки. Лужайка перед домом была едва покрыта снежком, но согласно прогнозам, надвигался первый в новом году снежный буран. Я молила Бога, чтобы он задержался. Спектакль был запланирован на пятницу, а буран мог серьезно повлиять на число зрителей. Мне так хотелось, чтобы у Меган все прошло хорошо. После Рождества она не могла думать ни о чем, кроме этой пьесы.
Тодд произносил реплики Счастливого Великана, а Меган — свои. Было заметно, что Тодду это нравится: он делал соответствующие жесты, поднимал брови, разводил руками и говорил густым басом, так, что Меган не могла удержаться от смеха.
Зазвонил телефон, и я попросила Тодда снять трубку в библиотеке.
— Я сама побуду пока Счастливым Великаном, — предложила я Меган, но она воспротивилась:
— Не думаю, что у тебя получится, как у папы.
Я вздохнула. Конечно, она была права.
Вскоре вернулся Тодд. Увидев, что он расстроен, я велела Меган отправляться наверх, в спальню, и готовиться ко сну, пообещав, что мы скоро придем и еще раз повторим текст, когда она будет уже под одеялом. Она стала возражать, но Тодд велел ей отправляться немедленно, и она ушла.
Как только мы остались одни, Тодд сказал:
— Звонил Хайни.
Это вызвало у меня удивление, и одновременно по спине пробежали мурашки. Сюзанна звонила довольно часто, а Хайни никогда.
— Ну, и?..
— Он сказал… — Тодд запнулся. — Он сказал, что, кажется, застал Сюзанну с Лео. Они репетировали. Должны были репетировать. Но лежали в постели.
— О Боже! Где?
— В бунгало отеля «Беверли-Хилз».
— Бедняжка Клео! Она знает?
— Не знаю. Хайни не говорил о Клео.
— Мой Бог! Ну и сука! Ну и сука эта Сюзанна! Как она могла?
— Могла? Она-то могла! Вопрос, зачем?
— Они даже не нравились друг другу. Лео был ей неприятен. Она самаговорила, что он ей неприятен. Неужели она лгала? Неужели он ей на самом деле нравился? Но такое всегда заметно, я же не заметила даже намека на взаимную симпатию. А ты?
— Нет, — он был ошарашен не меньше меня.
— Ну, а Хайни? Как он на это отреагировал?
— Судя по голосу… — Тодд растерянно пожал плечами. — Даже не знаю. Судя по голосу, он совершенно подавлен.
— Как ты думаешь, а почему он позвонил именно нам?
— Наверное, потому что мы его друзья и мы в близких отношениях с Сюзанной. Точно не знаю. Может, потому что, как ему кажется, мы хорошо знаемСюзанну. Мне показалось, он хочет, чтобы я приехал прямо сейчас.
— Зачем? Что он от тебя хочет? — Я сама удивилась резкости своего вопроса.
— Думаю, он считает меня своим другом, а ему сейчас нужен рядом друг.
— Я тоже так думаю. Там не слишком много людей, к которым он мог бы так относиться.
— Мне показалось, он просто молил о помощи.
Снова зазвонил телефон, и мы переглянулись. Мы оба догадались кто звонит.
— Сними ты, — попросила я Тодда. — Я не могу с ней сейчас говорить.
До меня донеслись слова Тодда:
— Сюзанна, если ты будешь продолжать плакать, я не разберу ни одного слова из того, что ты говоришь. — Затем на несколько минут наступило молчание. Наконец он сказал: — Хорошо, Сюзанна, первым же рейсом, — и положил трубку. — Я пообещал ей, что мы прилетим первым же рейсом. Позвоню в аэропорт. Узнаю, что у них есть на утро.
Тут уж я разозлила не на шутку. Мне казалось, что я вот-вот лопну и выплесну свой гнев на всех и вся.
— Ну зачем? Ну зачем ты ей это пообещал?
— Она говорит, что ей пришлось запереться в бунгало. Они были вынуждены оттаскивать Хайни от двери. Он поднял страшный шум, и она испугалась, что он ее убьет.
— Вот и хорошо. Надеюсь, что именно это и произойдет.
— Но ты ведь так не думаешь, Баффи Энн?
— Именно так, черт побери, я и думаю! — Он отказывался меня понимать. — А как же Клео? — спросила я со злостью. — Подумай, как подло поступила Сюзанна по отношению к ней, не говоря уже о бедняге Хайни! Кстати, как насчет Лео? Разве Хайни не хочет заодно и его убить? Разве он этого не заслуживает? — Почему никто не говорит ни слова о вине мужчины? Почему никто не хочет наказать и Лео? Я жаждала справедливости. Если уж Хайни собирается убить Сюзанну, он обязан убить и Лео. — Так как же Лео? — снова спросила я Тодда, — Хайни не собирается убивать его?
Тодд отправился к телефону.
— О Лео никто из них не говорил. Ни Хайни, ни Сюзанна.
— А почему?
— Я не знаю, почему, Баффи Энн. Может быть, они не считают его достаточно важной фигурой, чтобы говорить о нем в такой момент.
Так оно и было. Даже Тодд не воспринимал Лео как сколько-нибудь значительныйфактор в сложившейся ситуации. Счастье Клео, вся ее жизнь были разрушены, и никто, включая Тодда, не придавал этому значения.
— Для меня билет не заказывай. Яне поеду.
Он положил трубку.
— Но ты должна — они же наши друзья и они нуждаются в нас.
— Сюзанна мне не подруга. С ней покончено.
— Ну, а Клео? А Хайни? Он тоже наш друг.
Я поняла, что Тодд решил ехать еще до того, как позвонила Сюзанна. Для него было главное протянуть руку помощи Хайни.
— Ты поезжай. А я не могу, — заявила я решительно. — У Меган через два дня премьера. Я должна помочь ей подготовиться, и потом, кто-то один из нас обязан присутствовать на спектакле. Есть вещи и поважнее, Тодд!..
На следующее утро Тодд уехал в аэропорт, а я сидела у телефона и боролась со своими чувствами, понимая что должнапозвонить Клео. Было бы проще говорить слова утешения ближайшей подруге, только что похоронившей любимого, чем вести этот разговор. Я просто не находила, что ей сказать, и чувствовала себя отвратительно. В случае смерти не возникло бы, по крайней мере, ощущения неловкости.
Я набрала номер, но линия была занята. Я облегченно вздохнула, но через несколько минут мне пришлось набрать снова, и на этот раз Клео ответила.
— Клео, дорогая, это Баффи.
— Баффи! Так ты уже все знаешь…
— Да, Хайни позвонил. О, Клео, я так расстроена…
— Да, я просто не знаю, что теперь будет. Хайни закрыл съемки «Любви и предательства». — Она разрыдалась. — Похоже, что дорога в кино для Лео теперь закрыта.
Я была ошеломлена. Я потеряла дар речи.
— И это все ее вина, этой ничтожной суки! Она разрушила нашу жизнь.