«Ну вот, а я уже было расслабилась и начала разговаривать с ним, как с обыкновенным человеком. Надо помнить, что несмотря на все его внешнее обаяние, Юлий для меня враг, который пленил и обрек на мучительное балансирование между жизнью и смертью».
– Что тебя интересует? – спросила я, немного помедлив.
– О чем ты говоришь со своим драконом?
– Мы не разговариваем в общепринятом смысле этого слова, – попыталась я объяснить то, что и сама до конца не понимала, – скорее это обмен эмоциями и впечатлениями. Иногда мой дракон посылает мне образ своего видения ситуации, в которой мы вместе принимали участие.
– Не понял, что ты имеешь ввиду?
– Это сложно объяснить, наше общение основано сугубо на догадках. Я вижу образ, посылаемый драконом и чувствую его эмоциональное отношение к увиденному. Ничего такого, что могло тебя заинтересовать, он мне не показывал.
– Хорошо, возможно ты действительно еще не готова к контакту с драконом, и еще не нашла оптимальный вариант общения, но все равно ты молодец, Орла. Даже с этими крохами ты обошла всех своих предшественниц.
– Юлий, скажи, сложно научиться быть невидимой?
– Если есть желание, упорство и вера, то нет преград ни для чего. Главное научиться совершать действия без обдумывания, вообще постараться погасить активность мозга.
– Но это невозможно, в бодром состоянии люди постоянно думают, да и во сне тоже, и доказательством тому являются сами сны.
– Не всегда. В привычном для тебя мире, вспомни, ты много действий совершала без обдумывания. Орла, разве тебе не приходилось возвращаться домой и проверять выключен ли, к примеру, чайник, или когда делаешь каждодневную уборку, неужели ты обдумываешь каждое свое движение. В подтверждение тому, что люди умеют быть невидимыми и отключать на время свой мозг даже существуют соответствующие выражения: ноги сами привели домой.
– Никогда не задумывалась над этим.
Краем глаза я уловила движение на окраине поселка и с волнением посмотрела на монаха. Юлий тоже заметил приближающиеся тени проснувшегося поселка и встал с камня, демонстрируя, что разговор окончен.
– Надеюсь, завтра ты придешь пораньше, и у нас будет больше времени для общения, – произнес Юлий, неохотно отпуская мою руку, – ты ведь меня больше не боишься?
– Не боюсь, но я всегда буду настороже рядом с тобой.
Юлий ушел так ничего и не ответив, а я продолжала стоять возле валунов наблюдая за удаляющимся черным силуэтом. Спустя некоторое время на холме стали появляться молчаливые женские фигуры, замершие в ожидании маленького чуда. Заметив вдалеке Матильду, я направилась к ней, но на полпути наткнулась на неожиданно преградившую путь Принцессу. Она заинтересованно смотрела на меня с неким пониманием и, посмотрев в сторону еще виднеющейся черной точки удаляющегося монаха, Принцесса взглядом дала понять свою осведомленность. «Этого мне еще не хватало! Хотя, вполне можно использовать этот момент себе во благо».
9 глава
Я вновь сидела в храме и смотрела на портрет этой загадочной женщины. Юлий очень много рассказывал о своей матери и исходя из слов любящего сына, она вполне могла быть причислена к лику святых, если не учитывать тот факт, что Наталья, как и остальные монахи, имела прямое отношение к похищению, убийству и пленению невинных людей. Сколько я не пыталась выведать у Юлия, для чего они все это делают – он всегда увиливал от ответа.
Страх к конкретно этому монаху прошел, но я частенько чувствовала то и время скребущее беспокойство дракона. Сем был невольным свидетелем наших каждодневных бесед с Юлием, которые мы после расставания с монахом анализировали вместе с драконом. Но сейчас меня волновали не рассказанные Юлием легенды, а настойчивые видения дракона. Каждую ночь я видела один и тот же сон, без сомнения, навеянный драконом, но никак не могла понять его смысл.
Во сне переплетались откровения монаха с фантастическим восприятием дракона. Как поведал Юлий, изначально были три монаха-прародителя и мать, давшая жизнь всем нынешним носителям черных ряс. Именно они изначально задумали отдельно существующий мир и наполнили его первыми невольницами, а также построили все строения, в том числе и храм.
– А где сейчас эти монахи? – спросила я у Юлия, поведавшего мне эту легенду.