– Вы же не собираетесь потом издавать свою книгу, – мягко улыбнулся доктор. – Это необходимо сделать только для себя. Попробуйте такой метод: возьмите бумагу, подумайте об этом мире и начинайте писать все, что придет в голову. Поверьте мне, – так вы сможете разобраться в своих, так сказать, затруднениях. На самом деле, проблемы гораздо проще, чем мы их себе представляем, и решение их всегда лежит на поверхности. Просто мы не хотим этого замечать потому, что считаем себя достаточно неготовыми.
– Если послушать вас, так все в мире можно вот так легко исправить, – пожал я в сомнении плечами.
– Мы по человеческой природе склонны все усложнять. Позвольте себе решать проблемы как по волшебству. Делайте то, что хотите и не заставляйте себя действовать против вашего желания.
– Доктор, вы вообще слышали, что я говорил? Вопросы мотивации моих поступков меня не волнуют. Я столкнулся с тем, что не могу преодолеть одним только самоанализом, потому что в своем сознание я уже не сам.
– Ваша публичность, известность, слава тяжким грузом давит на ваши плечи. Я работал с известными людьми: то, чего они так жаждали в начале карьеры, потом становилось проклятьем. Вы не уникальны, многие ломаются под психологическим давлением толпы и прессы, а также страдают под гнетом общественного мнения. Эмоциональное перегорание очень серьезная вещь. Нужно научиться отдыхать.
Дальнейший разговор не имел значения. Доктор пытался найти логику там, где ее в принципе не могло быть. Или же всему есть вполне логическое объяснение – я сошел с ума, но такой вывод меня никак не устраивал.
Покинув кабинет врача и выйдя из клиники, я недолго раздумывал над реальностью происходящего со мной. На тротуаре, прямо на пути случайных прохожих, я стоял перед этим таинственным человеком и не мог унять рвущегося на волю сердца. Уже было отступивший страх вновь нахлынул с ужасающей силой, холодом отдаваясь в конечностях.
«Все в порядке. Я не должен так волноваться. Это не мой страх… Не мой…»
– Почему ты ищешь Орлу? – наконец нарушил затянувшееся молчание монах.
Мы оба искали одну и ту же женщину и одновременно шли по ложному следу. Так же, как и я, Юлий искал ее у меня на родине, затем сосредоточил свое внимание на месте проживания Матильды в Кельне, а теперь мы встретились в Дублине – родном городе Орлы. За все время поисков мы постоянно натыкались друг на друга, а потому этот разговор рано или поздно должен был состояться.
– Так ты ответишь, зачем тебе нужна Орла? – не дождавшись ответа, повторил вопрос монах, не сводя с меня своего гипнотического взгляда.
– Почему я должен перед тобой отчитываться? – наконец смог я выдавить из себя пару слов, как только страх отступил, и ко мне вновь вернулся дар речи.
– Она моя женщина, – холодно глядя прямо в глаза, скорее прошептал нежели сказал монах, однако я услышал эти слова так, как если бы их прокричали высоко в горах.
– Так думаешь ты, но не она, – хотя внешне я и был спокоен, но внутренне себя корил: «Что я делаю? Мне не нужен такой враг, как Юлий!»
Вероятно, я слишком много мнил о себе, поскольку Юлий только иронично ухмыльнулся моему заступничеству. Для него я был всего лишь Моськой, тявкающей на слона.
– Ты не тот человек, с которым бы я хотел говорить об Орле. Я хочу только знать, как долго ты будешь попадаться на моем пути?
Последние крохи решительности растаяли, как сахар в кипятке, и я постыдно потупил взгляд. Что я мог ответить человеку, многие десятилетия купающемуся в крови загубленных им женщин?
– Понятно, – пожал плечами монах, – разговаривать с тобой бессмысленно.
Юлий медленно приблизился ко мне вплотную так, что я даже отклонился, чтобы сфокусировать взгляд на его лице.
– Я мог бы заставить тебя говорить, но монашеское одеяние не позволяет этого делать, однако знай, что рано или поздно я все узнаю о тебе, и молись, чтобы помыслы в твоей ничтожной голове были чисты.
После этих слов он развернулся, тем самым показывая свое полное равнодушие к моей персоне, и быстро скрылся из глаз, свернув за угол.
Таким коротким и безрезультатным оказался мой первый с ним разговор. Если бы тогда я знал, что ждет меня впереди, то, возможно, сразу же бросился прочь еще тогда, из Германии, вернулся на родину и постарался навсегда забыть эту женщину. Но нам не ведомо будущее, а потому я упорно продолжал искать ее. Где бы я ни был: толи на работе Орлы, общаясь с бывшими сотрудниками, толи в ее доме, беседуя с безвольным бывшим супругом, я всегда видел тень человека в черном одеянии. Иногда он опережал меня, но чаще всего шел по моему следу, не упуская из поля зрения.