Не сразу, но мне все же удалось пробиться сквозь пелену страха и отчаяния твари. Как только он притих, исчезла и боль, рассеявшись в одно мгновение, словно туман от дуновения ветра. Монстр не был достаточно взрослым для того, чтобы проанализировать ситуацию, но вполне созрел для диалога. Он слушал мои слова, воспринимал посылаемые образы и учился, прежде всего, доверять тому, с кем теперь неразрывно связан на всю оставшуюся жизнь.
Результат моих усилий ошеломил даже меня: в сознании промелькнула одна фраза, за ней другая… Это не была мысль, заключенная в образы, а четко сформулированное предложение. Можно сказать, что в одно мгновение молодой неопытный детеныш моментально перескочил во взрослую жизнь и с немыслимой скоростью стал познавать окружающий его мир. Теперь не оставалось сомнения в неземном происхождении семени дракона. Оно явно эволюционировало не по законам этой планеты. Чем разумнее существо на Земле, тем большее количество времени оно находится в зависимости от родителей, будучи беспомощным созерцателем окружающего. Дракону же понадобился всего месяц для рождения и какой-то миг для взросления. Каждой частичкой своего сознания я почувствовал в себе равного по разуму, а, может быть, и превосходящее существо.
В это время Юлий издали наблюдал за мучениями Алексея и не мог поверить своим глазам – происходило что-то непонятное. Это не были страдания от разрываемой плоти. Перед монахом развернулась борьба за господство двух равноправных существ, по окончании которой обычно либо нет победителей, либо образуется союз лидеров, противостоять которому осмелится не каждый.
Всем своим естеством Юлий ощущал диалог между человеком и драконом и понял, что предсказания гадалки сбываются на его глазах прямо в эту минуту. Настало время перемен, но вот какая роль отведена ему в этом крушении привычных устое? Юлий не хотел верить словам прорицательницы, он никогда не допустит возвращения Алексея на Землю. Ни за что! Никогда! Особенно сейчас!
Тем временем Алексей еще несколько раз содрогнулся в мучительных спазмах и, наконец, успокоился, облегченно вздохнув. Все закончилось. Произошло единение человека и дракона, и на лице мужчины расплылась счастливая улыбка. Он легко, как ни в чем не бывало, поднялся с земли и, повернувшись к Юлию, пристально посмотрел ему в глаза. От этого взгляда мурашки пробежали по телу бесстрашного монаха. Алексей пугал его своей уверенностью. Он совершенно не походил на испуганных и растерянных женщин, не знающих, что ждет их впереди. Это был взгляд воина, готового к сражению.
Юлий сжался в отчаянии. Что же он наделал?! Ни в коем случае не надо было подпитывать художника энергией и, возможно, тогда изнеможенное тело человека не пережило бы взросления дракона. Но поздно сожалеть о содеянном, сейчас необходимо собрать всех братьев и решить, что дальше делать с художником?
– Добрый день, Юлий!
Монах вздрогнул от неожиданности и отскочил в сторону, чуть не сбив с ног напуганную девушку, двадцатилетнюю арабку, вырванную пару лет назад из песков Ливийской пустыни. Она нервно переминалась с ноги на ногу, стараясь не смотреть Юлию в глаза.
– Алексей просил передать вам письмо.
Девушка протянула сложенный лист бумаги и спешно одернула руку, как только бумага оказалась у монаха, однако все же не ушла, а осталась ждать, когда Юлий начнет читать.
«Приветствую тебя, Юлий!
Если ты читаешь эти строки, значит, я не ошибся, и дракон не разорвал мою грудь. Я знал, что в эту минуту ты будешь рядом ждать и надеяться, что я умру, не потому, что ты меня ненавидишь, нет. Ты не знаешь главного – того, что знала твоя мать. У меня нет ложной мысли, что когда-нибудь мы будем друзьями, но я не хочу быть твоим врагом. Уверен, у тебя возникло много вопросов. Возможно, мои записи ответят на часть из них, а на остальные ты получишь ответ при личной встрече.