6 глава
Вот уже целый месяц Октавий не вставал со своего ложа и день за днем наблюдал, как жизнь маленьким ручейком покидает бренное тело. Мысль о смерти нисколько не пугала его, он остро чувствовал, насколько устал от жизни. Единственное, что огорчало – это абсолютная беспомощность в особенно важный для братьев момент. Находясь в самом эпицентре событий, он превратился в стороннего наблюдателя и, лежа на каменной кровати, просто созерцал за тем, как все ближе подкрадывается крах былого существования не только для него, а и для всех жителей призрачного мира.
Однажды Октавию привиделся сон, как будто к нему пришел плененный художник и долго смотрел на прикрытые в полудреме глаза старца. Постояв немного над умирающим, мужчина покинул келью, озадаченно кивая головой и сожалея то ли о неуклонно приближающийся кончине, то ли о том, как упорно цепляется за жизнь монах.
Этот сон повторялся каждую ночь, пока Октавий не осознал реальность происходящего. Он поделился своими подозрениями с Тиберием, а тот, не долго раздумывая, сразу же распорядился поставить охрану у дверей камеры пленника, но когда стражи пришли на первую вахту, то сторожить уже было некого. Художник исчез, и больше монахи его не видели ни внутри горы, ни в поселке.
Все братья прекрасно понимали, что художник никуда не делся, но поймать его было просто невозможно – Алексей всегда был на шаг впереди их. Он не сидел целыми днями в своем укрытии, очень часто, по непонятным для братьев причинам, художник покидал женский поселок и пробирался в монашескую гору. И как бы братья не старались, ему каждый раз удавалось ускользнуть во время устроенных на него облав.
– Орла, ты обдумала мое предложение? Поговорила с Юлием?
– Я тебе уже сотню раз говорила, что не буду этого делать. Ты решил взять меня измором? Прекращай! Я не передумаю.
– Говорю тебе – твоему Юлию ничто не грозит. Он в большей опасности, оставаясь здесь.
– Среди родных братьев?
– Среди твердолобых братьев, которые упорно не хотят замечать, что мир вменяется, – уточнил Алексей.
Орла выдержала паузу, прежде чем озвучить очередной аргумент для возражений. Юлий постоянно менял ее место пребывания, сменяю одну пустующую келью на другую, чтобы братья ненароком не обнаружили ее. Но для Алексея ее блуждание по пещерам нисколько не усложняло поиски. Казалось, что он находил ее по какому-то встроенному маячку в мире, где нет места электронным технологиям.
Что Орлу каждый раз удивляло, так это появление Александра сразу после ухода Юлия. Художник так же и уходил всегда вовремя – за несколько минут до появления монаха. Именно поэтому визитер всегда оставлял двери открытыми. Поначалу Орла подумала, что таким образом он демонстрировал ей, что нечего бояться, оставаясь с ним наедине. Но очень быстро Орла разочаровалась в своих первоначальных суждениях.
– Я смотрю на тебя и совершенно не узнаю. От прежнего беззаботного и милого художника не осталось и следа. Перемены характера настолько очевидные, что ты даже изменился в лице. И в связи с этим хочу высказать свои опасения – ты уверен, что это все еще ты? Действительно ли ты действуешь по своей воле, а не под влиянием дракона внутри тебя?
– А когда твой дракон был у тебя внутри, сильно он влиял? Орла, все что я от тебя прошу, так это убедить Юлия прийти в храм и увидеть послание его же матери. Это была ее последняя воля и ни один из сыновей не исполнил ее. Все они, как один, отреклись от родителя, – заметив во взгляде женщины сомнение, Алексей продолжил давить на нее. –Ты видела надписи в храме и знаешь, что я не лгу.
Орла попыталась отстраниться, но ее тесная комнатушка не позволила увеличить расстояние хотя бы на пару метров. Единственный вариант избежать неприятный разговор – это покинуть келью, но Александр как раз стоял на пути к спасительному выходу. К счастью, ее мучения не долго продолжались. В последнее время Юлий не оставлял Орлу одну надолго, опасаясь, что встревоженные художником братья случайно обнаружат ее. В связи с этим время визита Алексея быстро истекло. Художнику доложили стражи, что монах приближался к своему сокровищу.
Конечно, Юлий подозревал, что сбежавший из плена художник каким-то непонятным для него образом находит Орлу и частенько ее навещает. Да и сама Орла этого не отрицала, но упорно отказывалась рассказывать, о чем они с Алексеем разговаривают. Ни уговорами, ни угрозами ему не удалось развязать язык своей женщины. Каждый раз Юлий сгорал от злости, досады и ревности. А сегодня художник настолько обнаглел, что намеренно (в этом монах не сомневался) ушел из очередного убежища Орлы как раз перед его приходом, так что монах увидел, как в далеко в галерее мелькнула тень от его силуэта.