– Слушай меня внимательно. Ты, как никто другой, понимаешь, что прорыв на Землю неизбежен, вопрос только в том, кто его откроет: ты или младший брат Юлий.
Октовий испуганно выпучил глаза, не в силах даже поднять руку на противника.
– Тепе интересно узнать, где сейчас Юлий? – нисколько не заботясь о чувствах старика, продолжал наступать Алексей. –Так и быть – скажу. Он на пути к Храму, и, как только его руки коснутся сердца матери, ничто не спасет благородную душу. Да ты и сам прекрасно знаешь все детали, вот только другим братьям не говоришь, – Алексей расхохотался при виде поползших вверх от удивления бровей Октавия. – Я знаю гораздо больше, чем ты можешь себе представить, и все благодаря поразительному источнику информации – хрустальному сердцу. Ты же не хотел верить в то, что говорила перед уходом мать, а она была права. И сердца ваших родителей, покоящиеся в храме, тому подтверждение. Жаль, что эта тайна уйдет с тобой в небытие.
– Юлий… – прохрипел Октавий, собравшись с последними силами.
– Сейчас я с тобой говорю не потому, что хочу в чем-то убедить. У тебя попросту нет выбора. Хочешь ты этого или нет, но спустя несколько минут сюда зайдут мои прекрасные помощницы и отнесут твое неподвижное тело, чтобы там, под сводами древнего храма, оно прекратило свое существование.
Я не такое бездушное существо, как ты думаешь, и даю тебе шанс на красивую и, заметь, не бессмысленную смерть. Представь только, что случилось бы, если бы я не пришел сюда: братья позабыли бы о тебе, сражаясь за свой драгоценный источник семени дракона, и ты умер бы в полном одиночестве. Грустно. И это в то время, когда Юлий войдет в храм, наклонится к сердцу Натали, и свет упадет на его силуэт, произойдет задуманное древними монахами пересечение лучей, открывающее проход на Землю.
Я долго пытался разгадать загадку храма. И когда случайно нашел под куполом сердце одного из отцов, то более тщательно обследовал стены на наличие тайников. Похоже, никто и не пытался их скрыть. Получив зацепку, я без труда разгадал остальные детали головоломки: три сердца, равномерно удаленные друг от друга, образовывают треугольник; диаграммы на стене; портрет Натали и дивное сияние в одно и то же время – все это ключ к проходу.
Конечно, возникает вопрос: почему провалилась попытка Стефании, и почему покинуть искусственный мир смогла только одна Орла? Ответ подсказало сердце монахини – все дело в хрустальном шарике в груди каждого из нас. У молоденькой девушки оно было совсем юным и неокрепшим, у подруги Орлы, Матильды, – все же человеческим, а вот у вас совсем другое дело. Сердце Юлия или твое позволит разрушить этот мир целиком. Мне повезло, потому что есть две попытки. Если не выйдет у Юлия, то с тобой получится наверняка.
– Останови Юлия, – едва слышно прохрипел умирающий монах. – Достаточно будет меня.
– Уже поздно. По правде сказать, он мне нравился. Жаль, что мы оказались по разные стороны баррикад. Но все же приятно иметь дело с противником, который искренне верит в свои идеалы. Я по-настоящему буду тосковать по нему.
Алексею пришлось прервать тираду из-за вошедших в келию женщин. Они молча подошли к холодному ложу и выжидающе посмотрели на Алексея.
– Где Орла? – спросил Алексей.
– Еще несколько минут назад она подслушивала здесь твой разговор с Октавием, но увидев нас, убежала. Мы не смогли ее удержать, – ответила Инес.
– А ты ожидал, что она будет спокойно стоять и слушать твои разглагольствования о запланированном убийстве ее любимого? – с упреком глядя на художника, заговорила Стефания.
Алексея с отстраненной улыбкой подошел ближе к монаху и, не глядя на женщин, произнес:
– Все в порядке. Так и было задумано.
– Тогда зачем ты послал Юлия в храм, если не собирался его убивать? – спросила Инес.
– Не стоит нагружать такую красивую голову лишней информацией. Сейчас важно, чтобы монахи сохранили свою самоуверенность. Годы безмятежной жизни атрофировали их мозги, так что, девочки, берите Октавия и скорее несите его в храм. Дальнейшую схему вы знаете.
Даже в экстремальной ситуации Алексей не утратил своей галантности: назвать девочками шестидесятилетних бабушек, да так, чтобы те не обиделись, было вершиной мастерства. Именно на них он возложил столь нелегкую ношу (но только в переносном смысле, так как монах изрядно похудел за последние дни) именно потому, что остальные женщины либо были на сносях, либо нужны были ему для более серьезной борьбы за право доступа к источнику семени дракона. Не беременных женщин, способных держать в руках деревянные мечи, сделанные подручными средствами, и так было очень мало. Да и более-менее вооруженные они не смогли бы составить реальную угрозу для превосходящих их по численности монахов, но все же стоило попытаться. Кто знает, возможно, произойдет чудо и, помимо свободы для будущих мамочек, им удастся отвоевать будущее для всего человечества.