И Катя, почувствовав её ветряное настроение, сказала ей об этом, но не держала за руку... Сама... Она успела сама... А Брант? Теплота не исчезла к нему... Наоборот, захотелось – пусть он будет счастлив! Он не пустой, не ветряный, он бы не смог просто так... И он её не обманывал, она не поехала сама. И, как бы, отказалась от него... И только потом... И то... Стало, права Катя, ох как права, стало просто скучно...
А сейчас, что-то зажгло. Тревожит и волнует душу. Закрутилось всё!.. Всё сразу... Какой-то день... Слова... Слова... А он... Он такой!.. Просто хотелось с ним, быть... Плохо без него... Кружиться всё... Чем-то, опалило душу... Непонятно... То в жар, то в холод... «Что-то случилось?» – спросил он, - ещё бы!.. Но рассказать ли ему?.. Зачем? Да и сил нет...
Мысли рвались – то там она, с необыкновенной ясностью вернулась в Россию, то тут, в тесном домике, где за окном носился ветер и рядом шумело море. И потемнело за окном, нахмурилось небо. Но в душе, согревая и радуя, заструился какой-то свет. И что-то отзывалось и окутало вокруг, не смотря на непогоду, на шум ветра и начавший моросить дождь.
Андре сидел рядом и повернув голову, внимательно изучал её взглядом. Этот взгляд, как нить, или мостик, или луч света. Она чувствовала эту связь почти физически. И будто её мысли уже перетекли через этот мостик к нему, и он уже всё знал. Она рассуждала, а он пил её текучие мысли, будто она говорила ему вслух. Ей казалось, что она думала сейчас и вспоминала для двоих и спохватившись, как-то смутилась этого взгляда.
Он сразу перестал смотреть, будто насытившись, и больше не спрашивал ничего, опустив глаза. Стало неуютно и неловко. Но ведь ни слова не сказала! Ни слова!
Мысль развернулась круто, как-то сама, и будто её не спросив, вырвалось словом:
- Андре... Скажи честно... Только честно... Как ты относишься ко мне? Я должна знать... Очень хочу... – и сама немножко испугалась своего вопроса.
Так это прозвучало!.. Не так, как в голове...
Он встрепенулся сразу, заволновался, зашевелился на месте.
- Зачем это Вам... – выдавил, и незаметно для себя, невзначай, как бы раздвинул пространство.
И дунуло вокруг, как холодком отчуждения. И охватило её целиком. Луиза сбросила ноги с кровати, наклонилась вперёд к нему. В её лице застыл испуг.
- Ты что?.. Ты что, Андре?.. – громко прошептала она, наморщив лоб.
Глаза как омут, нырнёшь - не выбраться... Он спохватился и головой тряхнул, смутившись чуть.
- Да нет... Забылся!.. – усмехнулся, тёр себе ладони.
- Честно... – проговорил тоже, почти шёпотом.
- Конечно, зачем врать?.. – не меняла она позы.
- Если честно, то боюсь... – встал он с канатов и опять заторможено заходил, то к окну, то к двери, не подходя к ней.
- Чего? – почти сорвался её голос.
- Чего... – переспросил он самого себя, - боюсь относиться... – против своей воли выговорил.
Набегающая волна чувств, смыла все её мысли. Она только и смогла спросить, первое, что пришло на ум:
- Почему?..
Всё! Она нашла ниточку!.. Потянет, и распутает этот клубок. Клубок его тугих дум. А он не хотел. Он так его туго смотал, что б самому не путаться. И не раз пытался порвать эту нить. Но нить судьбы крепка, хоть и не видима.
- Ты всё время прячешься... Зачем... Ты не такой!.. Я чувствую! Скажи!
Он понял, она не отстанет, не отступится. И вот уже подходит и не закрыться ничем от её взгляда. И вроде бы кто-то должен размотать всё и, может, отвязать эту нить или свить её по-другому, красивым узором или расстелить красной канвой перед ногами, что б не тащилась она сзади, а вперёд звала.
Но кто? Неужели она?! И он уже не знал, что сейчас лучше, а что хуже... И не было ни сил, ни желания бороться с собой, да и понимал он, что обманывает себя, хоть и оправдания были сильны.
- Что ты молчишь? Ну!? – её лицо было уже напротив.
Она это, или нет?.. И не было её раньше... Другая была. Похожая. А это?..
- Всё повторяется...
- Что повторяется? – отдалось в голове эхом.
- Как с Катрин... – отстранился он и ощутив жар во всём теле, сел на своё место, провалившись между свёртков.
Она осталась стоять и смотрела на него такими глазами, что он понял: - что выпьет его душу до дна и клубок уже покатился и нить, как растянувшаяся киноплёнка, оживила забытые кадры.
- Жарко!.. – вскочил он, - я выйду!.. Подышу! – соскочил он с места, как вчера, услышав голос Шарлотты.
- Куда ты? Дождь! Андре!.. – протянула она ладонь.
- Я ненадолго... Сейчас... – старался он проскочить, что б не задеть её.
Вот дверь. Рывок! И ветер встретил!.. И струи тёплого дождя. Но нет, не хочется бежать... Только дышать. И остудить жар чувств.