На нечто вроде подзатыльника можно было не обращать внимания. Видимо, эта дрянь хотела ударить со сей силой, но просчиталась. Он успел уйти. Не такая уж у нее хорошая подготовка, правы те, кто считает ее дутой. Куда же эта тварь ушла? Когда же рука отойдет? Странное какое-то ощущение на шее. И почему так врезается воротник рубашки? О, опять атакует, да что с этим воротником?
Девчонка снова стремительно атаковала, легко увернулась от его неловкой защиты и резко махнула рукой. В глазах потемнело от обжигающей боли в шее.
Тонкий, похожий на поросячий, визг буквально ввинтился в уши зрителей. Мужчина, еще секунду назад уверенно стоящий на ногах и даже вроде заставивший Майю изменить траекторию атаки и всего лишь оцарапать шею, вдруг выронил меч, судорожно схватился за царапины и рухнул на колени. Не переставая визжать, он попытался протереть шею, но от этого только еще сильнее согнулся, почти ударившись лбом о пол, и отдернул руку.
Майя замерла, мрачно наблюдая за противником. Затем сделала несколько шагов, быстро коснулась головы графа в нескольких местах и снова отскочила.
Поросячий визг медленно перешел в какой-то скулеж. А граф хоть и с усилием, но поднял меч и встал на ноги.
Перехватив его ненавидящий взгляд, Майя деланно удивилась:
– Ваше сиятельство, вам разве не нравится моя игра? Помнится, вы получали искреннее удовольствие, развлекаясь с друзьями за счет одной маленькой девочки.
– Тварь, ты даже дерешься как плебейка.
– Вы желаете классического боя? – почему-то обрадовалась Майя. – Ну почему бы и нет. Я даже предупрежу вас, согласно вашим правилам игры. Я хорошо их усвоила. Сейчас я вам сломаю левую руку. Вы готовы?
Граф дернулся и попытался атаковать первым. Резкий уход, маятник. Словив запястье нападавшего в нижней точке его траектории, Майя с силой нанесла удар коленом по локтю. Хруст и новый вопль вызвал радостный вскрик мальчишки.
– Так его!
Майя позволила себе отвлечься, только отступив от мужчины на пару шагов. Пока тот отходил от болевого шока и пытался устоять на ногах, она мельком глянула на брата и улыбнулась.
– Граф, вы помните, как Лютик выбил колено у барона Ривери? Сейчас я сделаю то же самое. Только уже правильно. И сломаю вам ногу, – как-то буднично поставила противника в известность Майя.
Не дожидаясь ответа, она сделала первый шаг.
Вирт отстраненно отметил, что Альнар все же где-то не доработал. Такого эффекта у него не получалось на тренажерах. Хоть бил с гораздо большим усилием. Майя, казалось, выполнила всего лишь замысловатый пируэт и почти не прикладывала усилий. Но мужчина почти в два раза крупнее нее не устоял на ногах. Хруст и неестественно вывернутая левая нога ясно обозначили полноценный перелом. В себя граф пришел только спустя пару минут, которые он потратил на тихий скулеж, контролировать который уже не мог.
Майя все это время оставалась на месте, наблюдая за ним. Обреченный и теперь уже полный ужаса взгляд почему-то не принес того удовлетворения, которое вроде бы она должна была испытывать. Было какое-то опустошение и брезгливость. Молчал и Лютик. Он теперь не улыбался, а только поджимал губы.
Вирт вспомнил виденные записи развлечений с участием Майи и ее брата и только отвел глаза. Зрелище было неприятным. Граф, мнивший себя выше других, продержался намного меньше любого из них. Даже на запись бы не хватило.
– Пора заканчивать, – ни к кому не обращаясь, устало пробормотала Майя, двинувшись к своей жертве. Ей уже было противно то, что предстояло сделать.
Граф только снова заскулил и попытался отползти, что, впрочем, ему не помогло.
– Майя, подожди! – Голос брата заставил ее замереть над беспомощно сучащим уцелевшей ногой мужчиной.
– Лютик, я устала. И это оказалось не так интересно, как я думала. Давай с ним просто покончим.
– Подожди. Послушай, если его прикончить, то получается, что мы ведь с ним только за себя отомстим. Для всех других он умрет в круге равных, даже сохранив свою мерзкую честь. Никто ведь даже плюнуть в него не сможет.
– Что ты предлагаешь? – Голос Майи звучал устало и как-то вяло.
– Оставить его живым и отдать под суд. Пусть он там послушает все, что о нем говорят. А если приговор будет мягким… Ну что ж. – Мальчишка грустно улыбнулся. – Когда его освободят, ну после приговора, ведь нам никто не мешает вызвать его на поединок еще раз. Ведь правда?
Лютик вопросительно обернулся к Вирту.
– Да. – Тот задумчиво кивнул, не сводя с него взгляда. – Правда, не факт, что вы успеете это сделать раньше других.
– Ну вот. А на суде ему хоть в рожу кто-нибудь плюнет. Все хоть что-то.