Часы показывали уже за полночь, и Наталья ощутила, что хочет спать. Что ж, день её день прошёл вполне содержательно, как сказал Пётр.
* * *
Утро рабочего дня Винторской было нервным. Игорь Крутиков демонстративно напялил себе в уши спортивные наушники, и делал вид, что слушает её.
Наталья в очередной раз подумала о том, что наверное, всеобщее бесплатное образование и не нужно, как это считали большевики. Ведь, для одних оно – ученье, а для других – мученье. А те, кто мучается, стараются как-то смягчить свои страдания за счёт того, что начинают «доставать» других учеников, тем самым мешая им полноценно грызть «гранит науки». Может быть, стоило предоставлять детям выбор, отделяя «мух от котлет»?
Она не стала заморачиваться с воспитанием отпрыска Крутиковой, а просто удалила его из класса, не объясняя в чём его проступок. И пусть жалуется своей титулованной мамаше. В конце концов, есть закон. И он на стороне учителя.
Игорь сделал удивлённые круглые глаза, когда она бесцеремонно взяла его локоть, и направила в сторону двери.
- Вещи сложишь на перемене. – Спокойно, но строго, по-учительски, произнесла Наталья. – Чтобы не отвлекать остальной класс от темы.
Кто-то из учеников ехидно хихикал, кто-то сидел, уткнувшись в тетрадь, старательно делая вид, что не видит происходящего, кто-то равнодушно отвернулся. Крутиков не появился на перемене. Его кожаный портфель так покоился возле парты с разложенными учебником и тетрадью. Дорогой, по всей видимости, «паркер», словно выказывая пренебрежение, лежал на чистой странице тетради. Наталья подошла к месту Крутикова, и принялась листать тетрадь. Нельзя было сказать, что подросток ничего не писал. Но это был тот минимум, который позволяло делать его желание учиться. Он не старался, выполняя задания лишь для того, чтобы хоть что-то было сделано. Для «галочки», ни больше, ни меньше.
«А потом и работать будет также, для «галочки». – С раздражением подумала Винторская.
Ей стало понятно, почему Игоря не устроили в какую-нибудь платную, более престижную школу. Он бы не смог продержаться там и четверти. Туда устраивали детей для подготовки к поступлению в престижные вузы. Тех, кто осознанно стремился делать карьеру, имея цель в приумножении родительских состояний, их влияния и роли в обществе. Что ж, Крутиковым похоже не повезло с наследником. Едва ли…. Едва…
А ведь ранее, он не был таким, этот Игорь Крутиков. Нет, она помнила, как взяла этот класс. Тот первый год. И одевался не так дорого и стильно. Можно сказать, что был обычным подростком. Перемены в поведении произошли после летних каникул. Поначалу она не обратила на это внимания, посчитав на особенности переходного возраста. Но потом, он стал просто наглеть.
Звонок от разгневанной родительницы не заставил себя долго ждать.
- Наталья Петровна, мне звонил Игорь, и рассказал, что вы выставили его из класса. Могу я узнать за что?
Крутикова не стала размениваться на приветствие, вероятно посчитав это формальностью.
- Он слушал музыку на уроке, или какой-то подкаст. – Сухо ответила Наталья.
- И что необходимо было сразу выгонять его? Может быть стоило сделать замечание, и Игорь бы всё понял.
- Это было неоднократно. Я делала замечания ранее, но он не реагировал. Может быть, есть смысл вам, как маме, пообщаться с ним на эту тему? – В тон ей ответила Винторская.
- Что-то я не припомню, чтобы вы при нашей встрече говорили мне о том, что Игорь слушает музыку на уроке. Думаю, что это произошло первый раз. И на первый раз следовало бы сделать замечание, а не выгонять ребёнка невесть куда.
- Я думаю, что сама справлюсь с методикой воспитания учеников. – Сдерживая себя, отчеканила Винторская.
- В этом возрасте у ребёнка формируется психика. Это должно быть прописано в вашей методике. Поэтому относится к детям, даже при таких моментах следует деликатно и внимательно.