Странно. Наталья пошла на кухню, куда отнесла цветы, чтобы потом поставить их в воду. Выйдя из комнаты, она увидела струйку дыма, тянувшуюся из кухни. Вбежав в кухню, она увидела, как букет почти весь превратился в пепел. От него шёл дым, часть цветов поедал не огонь, а что-то непонятное. Будто их кто-то красил серо-пепельной краской.
Наташа закричала от ужаса, всплеснув руками. Подскочила к рабочему столу, схватив тряпку, набросила её на букет, и зашвырнув в раковину на полную включила воду. Послышалось характерное шипение. Это был не огонь. Больше походило на какую-то химическую реакцию. Цветы все осыпалась серой массой в раковину, стебли, связанные нарядной лентой, оставались нетронутыми. Винторская перерезала ленту, заметив как четыре стебля были перевязаны чем-то белым. Это напоминало обрывок какой-то белой тряпицы.
Поначалу Наталья не хотела смотреть, что это. Но затем, любопытство взяло верх, и поколебавшись, она разрезала тряпичную полоску. На ней было что-то написано на непонятном языке. Дрожащими руками, она вытащила коробок со спичками и нервно чиркая, принялась жечь непонятную тряпицу, которая упорно не хотела гореть.
Швырнув обугленную тряпицу в мусорное ведро вместе с остатками букета, Наталья дрожащими пальцами завязала узелок на пластиковом пакете, и вытащила его из ведра. Нет, это следует выбросить, вынести из квартиры немедленно. Она не намерена, чтобы это простояло всю ночь у неё в квартире. Набросив ветровку, Наталья схватила пакет, и устремилась на улицу. Возвращаясь от мусорных бачков женщина почувствовала, как её снова забила неприятная дрожь.
На смартфоне обозначились три пропущенных звонка от Петра. Она перезвонила.
- Наташа, что случилось? Я не присылал никаких букетов.
- Я поняла, что это не ты. – Вздохнула Винторская.
– Ты не берёшь трубки. Что происходит? – Обеспокоенно спросил Пётр.
- Да принесли букет. – Наташа старалась говорить как можно спокойнее, но это давалось с трудом. – Я почему-то решила, что это от тебя. Ну, от кого ещё может быть. – Разволновавшись, она не заметила, как перешла на «ты» с Петром. - Ну и решила поблагодарить сообщением.
- Ну, а отправителя-то, определила? – Немного помолчав спросил он.
- Нет… - Наташа раздумывала, что ей ответить. – Нет, не установила.
- Обычно в таких случаях пишут открытки. – Заметил он.
- Нет, это явно не тот случай. Никакой открытки не было.
- По-моему, ты взволнована? Нет? Разговариваешь будто как с придыханием каким-то.
- Нет, всё нормально.
- Правда? – В его голосе промелькнули тёплые успокаивающие нотки.
Так, порой в детстве с ней разговаривал отец, когда её кто-то незаслуженно обижал. Да, если и заслуженно, он разговаривал также.
Наташа сглотнула застрявший в горле комок, и не выдержав, разрыдалась.
- Наташа! Что!? Что!? Почему ты плачешь? Не плачь, пожалуйста. – Пётр едва не взмолился, и от этого рыдания сотрясли женщину ещё сильнее.
Она просто не могла говорить, что-то отвечать, объяснять.
- Давай так, - Пётр говорил с ней спокойно, будто с маленьким ребёнком, - я сейчас собираюсь и еду к тебе. Хорошо? Хорошо. – Ответил Пётр сам себе. – А по дороге поставлю на громкую связь, и буду разговаривать с тобой? Ладно? Ладно.
- Я скоро и не прощаюсь. – Проговорил он. – Господи, да что же такое произошло-то…
Пётр отключился, но спустя минут десять снова зазвонил смартфон. Наташа успела выпить воды, и немного взять себя в руки.
- Там была какая-то тряпочка, перевязаны четыре цветка в ней были. – Шмыгая носом, пробормотала Винторская. – Я её разрезала, а там что-то вроде иероглифов каких-то. – Её голос вновь задрожал, и ей показалось, что ещё немного и она опять расплачется. – А четыре цветка – это чётное число, понимаешь? Чё-ётноее…
- Только не плачь. – Бодро прикрикнул Пётр. – Ты только успокоилась. Нет, только не плакать.
- Это… Похоже, я знаю, что это такое. – Мрачно пробормотал он. – Но ничего. Всё поправимо.
- Всё поправимо, и ничего страшного не произошло. Всё это можно купировать. Что ты сделала с букетом и тряпицей?