После того, как она произнесла в ответ что-то подобное, мужчина отключился.
Директором школы была Аглая Михайловна Раздорова. Они были чем-то похожи с завучем. Обе высокие, длинноногие. Раздорова, может быть, была немного поженственней, более мягкой. Она не очень любила повышать голос, тем более, на коллег. На похоронах Аглая была немногословной, какой-то незаметной, несмотря на её административный статус. На кладбище она поехала отдельно от всех на своей машине, и на поминках её не было.
Винторской казалось, что Раздоровой не совсем удалось ужиться в не своём коллективе. Или пока не удавалось. Аглая пришла к ним на должность директора из другой школы года два назад. Новый директор казалась осторожной в общении с коллегами, и не стремилась создавать какую-то «свою» группу поддержки среди педагогов, ограничиваясь рабочими отношениями. Видимо ей это было не нужно. Наверное, она допускала оппозицию, но её не оказалось. Может быть, потому что не было и группы поддержки, которую несомненно выделяла бы директор. Что ж, это была достаточно мудрая политика, или Раздорова просто ещё не присмотрелась к коллективу.
- Да. – Раздался её голос в трубке. – Я слушаю, Наталья Викторовна.
- Аглая Михайловна, добрый вечер. Я могу взять на завтрашний день отгул? – С места в карьер начала Винторская. – Это необходимо.
В трубке стало тихо, по всей вероятности, Раздорова раздумывала.
- Думаю, да, если вы говорите, что это необходимо. Но мне хотелось бы знать причину. Я должна организовать вам замену, и объяснить ваше отсутствие.
- Я ужасно себя чувствую. – Во всяком случае, Наталья не лгала. – Мне кажется, меня продуло вчера на кладбище. Было очень ветрено.
- Да там было ветрено. – Согласилась Раздорова. – Простыла ещё одна из коллег. Может стоит взять больничный?
- Не думаю. Не хотелось бы бросать уроки. Полагаю, что за день поправлюсь. Попью препараты, отлежусь. И потихоньку приду в норму.
- Давайте так, если у вас получится выздороветь за пару дней, я буду рада. Если нет, то тогда наверное, стоит обратиться в поликлинику.
- Конечно, я так и поступлю в случае ухудшения состояния. Но надеюсь, что удастся поправиться за день.
- Хорошо, поправляйтесь. Вы сами не нашли замену?
- Нет, к сожалению. Решила сначала позвонить вам. А потом уже…
- Хорошо, я обзвоню ваших коллег, и мы что-нибудь придумаем. – Заверила Аглая. – Если надумаете брать больничный, то предупредите. Выздоравливайте.
Директриса отключилась.
Винторская напилась пустырника, но успокоение не шло. Мало того, её стала бить неприятная дрожь. Она пила горячий чай с малиновым вареньем, подозревая, что простыла по-настоящему. И на какое-то время, ей помогло. Наталья легла в кровать, и накрылась пледом. Включив телевизор, полистала каналы, но так ничего и не выбрала. В каждом фильме она искала себя, проецируя сюжет на сложившуюся ситуацию. Женщина поняла, что так недолго и до какого-нибудь психиатрического диагноза.
Всё это напоминало Винторской какой-то сюрреализм. Промелькнула мысль, что может быть, и не стоит никуда ехать. Наверное, у неё самый обычный нервный срыв. И не надо ничего выдумывать. Нормальные люди в подобных случаях просто уходят с работы. Отдыхают, приходят в себя, и начинают новую жизнь. Она разойдётся с этими людьми, и всё вернётся на круги своя. Ведь, источники всего этого, эти люди.
А она заморачивается какой-то ерундой. Но Пётр, похоже, не считал это чушью. Хм… Неужели он сам во всё это верит? А с другой стороны, почему бы и не попробовать решить проблему вот таким неординарным способом? Если уж она не может решиться как-то по-другому.
А уж не получится, тогда будет думать, что да как.
Почему-то не хотелось выключать свет. Несмотря на приличное количество успокаивающего, Винторская так и не смогла уснуть. Ей стали казаться странные звуки, доносящиеся то ли с кухни, то ли с библиотеки, то ли с прихожей. Пересилив себя, и вспомнив, что ей говорил отец – «если чего-то кажется, то подойди и дотронься, и страх пройдёт», Наталья вставала с кровати и, борясь с собой, быстро шла в направлении шума. И оказывалось, что это скрипели полы, дул сквозняк из-под входной двери, наверное потому, что кто-то из курильщиков не закрыл окно в подъезде.