- Ну, ладно. Идите Кирилла ищите. – Проворчал мужик.
В сторожке было тепло от электронагревателя, и накурено так, что Винторской едва не стало плохо. На двух диванах сидело человек пять мужиков. Перед ними стоял старый журнальный столик, застеленный газетами, на котором стояла полупустая бутылка водки, в убогих, давно не знавших моющих средств, блюдцах разложена нарезанная крупными ломтями варёная и полукопчёная колбаса. Напротив, на обшарпанной с потрескавшимся от времени лаком тумбочке, расположилась плазма, по которой мужики смотрели «бои без правил».
- Мне бы Кирилла. – Проговорила Наталья, обводя взглядом компанию. – Василий просил помочь.
- Колдунья что ли? – Деловито осведомился один из зрителей, по всей видимости, старший или бригадир, бросив на Винторскую оценивающий взгляд.
- Нет. – Винторская поджав губы, покачала головой. – Я перчатку потеряла на похоронах. Найти хочу.
- Все вы говорите, что что-то потеряли. – Вздохнул тот. – Неужто не страшно этим заниматься? – Он хотел было сказать что-то ещё, но лишь сделал неопределённый жест рукой.
После чего демонстративно отвернулся. С дивана поднялся высокий тощий парень с лицом, покрытым оспинами от прыщей, и подойдя к вешалке, молча стал надевать светло-бордовую куртку с несуразными блестящими клёпками.
Наталья всматривалась в его лицо. Да, похоже, что это был один из могильщиков.
- Вы Кирилл? – Уточнила Винторская.
Тот кивнул в ответ, выходя из сторожки.
- Мы в прошлый вторник хоронили коллегу. – Начала Наталья. – Можно попасть на могилу? Покажете дорогу?
Парень немного задумался, после чего вновь кивнул. Наталья направилась к своей машине, и подъехала к сторожке. Стоявший на крыльце Василий равнодушно наблюдал за ней.
Кирилл уселся на переднее сиденье, вытянув ноги в каких-то гротескных, как и его куртка, высоких ботинках, и жестом показал куда следует ехать.
Вскоре, Наталья увидела знакомое место. Она остановила машину, и могильщик вышел за ней следом. Винторская ощутила неприятное волнение. Да, они были именно здесь. Вот и холмик, покрытый венками. Вот даже венок от школы «От коллег с благодарностью за труд и человеколюбие». А вот и табличка. Эх, сфотографировать бы её. Наталья покосилась на Кирилла.
Винторская извлекла смартфон, и быстро сделал снимок. Точно: «Беккер Регина Григорьевна, 58 лет».
- Помочь, может чего? – Доброжелательно спросил до сих пор молчавший Кирилл. – Разгрести? - Он мотнул головой в сторону венков.
- Не надо… - Едва слышно произнесла Винторская.
- Расхотели искать? – Кирилл насмешливо смотрел на неё.
- Мрачновато как-то… - Проговорила Наталья.
- Скажите, а вы ведь, помните эти похороны? – Спросила она. – Это было в прошлый вторник. Хоронили женщину.
- Помню. И вас помню. Учительницу хоронили, вроде как.
- Вот-вот! – Оживилась Винторская. – Надо же, и меня запомнили.
Она сделала паузу, с надеждой вглядываясь в могильщика.
- А ведь женщина та была крупной, такой высокой. Ну, которая… Верно, ведь?
- Я не помню точно, какой она была. – Кирилл скривил рябое лицо. – Мы, знаете ли, не разглядываем. Ни к чему это. А зачем вы спрашиваете?
Винторской вдруг захотелось всё рассказать этому парню. Он внушал ей доверие, но неизвестно как бы он отреагировал на её признание.
- Что не ту похоронили что ли? – Кирилл усмехнулся. - Вам-то, наверное, виднее, какой она была, как ни крути, но знакомая видать.
Он равнодушно взглянул на неё, возможно уже привыкший к некоторым странностям со стороны родственников или знакомых умерших.
- Поехали. – Глухо произнесла Винторская, чувствуя, как ветер стал задувать под воротник куртки.
Ей не хотелось больше находиться здесь. Начинало темнеть, и становилось ещё больше неуютнее. Наталья довезла могильщика до его сторожки, и выехала на трассу.
Что ж, что и требовалось доказать. Похороны Беккер имели место быть. Это никоим образом не являлось плодом её воображения, что означало, что никого временного помешательства ума у неё не было. Да и не стал бы делать Пётр предложение умалишённой с дарением кольца.