– Почему? Все же платили в то время.
– На вашей сестре корона пошатнулась бы. Вот и все. Пришлось принять предложение Дениса. Только она не успокоилась. Через Максима все выведала и ему же приказала спровоцировать эту разборку. Было же всем понятно, они пацаны. Вот и получалось – я за Шурку, а за них Денис в ответе. Деньги мои кто взял? Максим, потому что Мария велела. Отдал естественно Денису, ибо на него работал. Шурка сам решил разобраться, естественно с Максом. Но вы же понимаете, моего сына чуть не убили. Вашим тюрьма светила. А с Денисом получалось следующее: стравил пацанов со мной, украл деньги и одного в больничку, а другого на зону. Он понимал, что я достану и убью. За свои деньги и своего сына. Да вы бы его лично за Максима убили. И сестру до конца дней благодарили бы, если бы она сама это сделала. Поэтому ему и пришлось бежать.
Света не понимала, как на это реагировать. Марков легко мог наврать, однако все это было очень похоже на правду. Сестра любила манипулировать людьми, чувства ее не волновали.
– Денис не понимал, что вы за сына и деньги его убьете?
– Понимал. Мария только оказалась очень убедительна. Она обещала ему тогда привлечь братву из области, что бы убрали меня. И все. Денис, получается, занял бы мое место, а Мария стала бы вообще неприкасаемой. В городе же до проверки из Москвы только я ее сдерживал, поэтому она меня и ненавидит. И моего сына тоже. А Денис, как вы понимаете, связываться с ней не стал бы. Власть его никогда не интересовала. Вот деньги – другое дело, а здесь они как раз огромные крутятся.
Еще не до конца во всем разобравшись, она мысленно обвинила сестру в отсутствии любимого человека рядом, собственной семьи. Неужели деньги затмили все остальное в жизни для нее? А может, она так специально привязала к себе сестру? Воспитывать троих детей это не шутки, без Светы Марии пришлось бы очень тяжело.
– Если все это правда, где тогда Денис?
– Помните фото, которые я вам показывал?
– Да, они были свежие.
– Тогда мои люди его только нашли. Он мотался сначала заграницей, потом осел в Москве. Умер в прошлом году. Один, без семьи. Конечно, я мог бы постараться для вас получше, но никакого наследства там тоже не осталось. Деньги, украденные у меня, кончились, бизнес у него прогорел. В общем, жалко человека.
– Его убили?
– Пил последнее время. Полез в драку. Вот собутыльники в кабаке его ножом и пырнули. Неделя в больнице, но так и не вытащили. Светлана Николаевна, вы понимаете, я же ради вас…
Но продолжать разговор не было смысла. Света молча, уткнулась в одну точку. Так они просидели минут пять, пока Марков не предложил довести ее до дома.
– Спасибо, не нужно. Я прогуляюсь.
Смотря ей вслед, Марков лишь прикрыл ухмылку салфеткой.
Идя домой, она никак не могла понять, почему все те же дома на улице, светит все то же солнце, стоят все те же деревья, а внутри у нее все по-другому. Хочется заново познакомиться с этим миром. Миром, в котором ее жизнь разрушила родная сестра. Сразу вспомнились все старее обиды. Даже еще с детства. Снова стало больно от того, что с ней не посоветовались, покупая дом. С ней не поделились о произошедшим с Максимом. У арии всегда были тайны от родной сестры. А сколько своих дел она отменяла из-за того, что сестра спихивала ей детей? Хотелось рыдать, но было как-то неудобно. Прохожие и так обращали внимание на ее понурое лицо. Больше всего хотелось уехать, а еще лучше умереть и быть похороненной рядом с Денисом. Но пред этим обязательно высказать все сестре и швырнуть в лицо чего-то, напоминающее Свете о бесконечном переживании и надежде устроить личную жизнь, вернуть любимого человека.
Марии дома не оказалось. Может, так оно и лучше. Скандал при Машеньке устраивать совершенно не хотелось. Она ее очень любила, ребенок же не виноват, что ее бабушка такая сволочь. Надо передать, насколько сильно дедушка Семен ее любит, пускай хотя бы он укажет зарвавшейся сестренке заслуженное место.
Придя с работы к ужину, Мария ничего странного в поведении сестры не заметила. Она решила поговорить с ней лишь спустя неделю, так как все это время, пересекаясь за ужинами, Света с ней не разговаривала, а иногда и вовсе тихонько поднималась в свою комнату.
Постучавшись утром к сестре, она тихонько спросила:
– Можно?
– Зачем? – равнодушно отозвалась Света.
– Поболтать пока Толя спит.