С хрустом замков откинулась, отжимаемся силой аппарель и на палубу вышло трое парней и одна девушка. Все имперские аристократы, судя по одежде и умершей электронике обычного челнока. Оглянувшись вокруг, они всей группой направились ко мне, остановившись, не доходя несколько шагов.
Вперед выдвинулся выглядящий немного постарше остальных парень и спросил:
— Ты капитан этого корабля?
— И? устало спросил я, облокотившись спиной о корпус одного из имперских челноков и сложив руки на груди.
— Вы уничтожили наши корабли у Колыбели, — зло сплюнул слова он.
— И моего мужа, — поддержала его девушка.
— Время отвечать за содеянное! — скривился и пафосно произнёс ещё один аристократ.
— Перед вами? — безразлично спросил я. — И как вы хотите, чтобы я ответил?
После долгого рабочего дня, наполненного копанием в чужих потрохах, всё, что я чувствовал это просто тупую усталость. Я не хотел вникать в их претензии, просто надеялся, что они быстро выскажутся и я, наконец, пойду спать.
— Жизнью! — выплюнула слова девушка. А после ударила телекинезом, стремясь раздавить мне голову. Остальные тоже не стояли на месте, вливая впечатляющие силы в комбинированную атаку, сжавшую воздух вокруг меня.
На том месте, где я был долю мгновения назад, воздух превратился в плазму, от вложенной ими энергии. Но я уже вышел из короткого телепорта посреди аристократов, отвечая круговой деформацией.
Повезло девушке, находящейся чуть дальше остальных аристократов, упавших на пол грудой перемолотого в фарш мяса. Она лишилась только кисти руки и обеих ног, сумев, отбросив себя телекинезом выжить, и даже не остановила атаку.
Напротив, сжав созданную парнями плазму ещё сильнее, бросила полученную сферу огня в меня, вливая больше энергии в сжатие вещества. В итоге, термоядерный взрыв должен был бы выйти на несколько килотонн, судя по всему.
Ускорившись сильнее, я раскинул сферу воздействия на реальность чуть сильнее и просто поймал его рукой. А потом совершил привычное действие, заставляя его исчезнуть.
В конце концов, не зря я же таким образом мешок картошки перечистил, верно?
— Да сдохни же ты, монстр! — срывая горло, закричала женщина, сжимая меня тисками телекинеза.
Ускорение, короткий телепорт и моя рука входит ей в грудь, ломая ребра и разрывая сердце. Подавившись кровью, она замерла, смотря на меня сверху вниз, повиснув на моей, вытянутой руке обхватившей ей позвоночник.
— Не сегодня, — негромко произнёс я, выталкивая душу из истерзанного куска мяса, бывшего когда-то красивым женским телом, а после бросил его себе по ноги, разбрызгивая кровь.
— Приберитесь тут, — приказал окружающим солдатам, смотрящим на здоровую натекшую красную лужу, перемешанную с обрезками костей и ливера. Кого-то из них начало рвать.
А я перенёсся в своею каюту где, аккуратно, хоть и немного заторможено, снимая с себя по пути испачканный кровью пустотный костюм, устремился к ванной комнате. Встав под душ, начал негромко матерится, остервенело смывая с себя кровь. На душе было на редкость погано, день и так вышел тяжелый, а тут ещё такое его завершение.
Очень противно вышло. Всё сцена мне напомнила то, что я творил во втором детстве, когда показательной жестокостью ломал даже зачатки мыслей у окружающих меня одарённых детей, связываться со мной. Только тут я выстраивал своё место в иерархии силы аристократов империи. И по сути всё то же самое, только жёстче и кровавей.
Но, несмотря на то, что убить их вышло также легко, как отнять конфету у ребёнка, они далеко не дети. И знали, на чём основано их могущество. Так что нет, их не жалко. Но ощущение всё равно неприятное.
Включив сушку, постоял обдуваемый потоками теплого воздуха, хотя мог бы и способностями убрать влагу, но это не так приятно, да и устал. Рухнув на кровать при выходе из ванной, долго и протяжно зевнул. А в целом, наплевать. Завтра разберусь со своими сомнениями и мыслями. А пока, единственное что мне нужно, это спать.
Дремал я не то чтобы очень спокойно, всё же на корабле для меня много народу. Вместе с силой, прогрессирует и чувствительность и это отнюдь не всегда удобно. Даже когда я проснулся, быстро оценил, кто и где на корабле находится. А после ещё минут двадцать просто валялся, ожидая пока Воронцовы освободят столовую. Общаться ни с кем особо не хотелось.
С ними нужно что-то решать, а то летают с нами, но что с ними делать непонятно. Общаться мы с ними не общаемся, слишком между нами много крови. Но не отправлять же их просто на глупую смерть? Как чемодан без ручки, честное слово.