Княгиня Белозерская демонстративно развела руками, демонстрируя, во что англичане под предводительством Эджертона превратили наш дом.
— Без меча и шапки размажет, — согласился я. — С ними — нет! Мне знакомо это заклятие, что Эджертон использовал на Александре Петровиче. Он пытался наложить его на меня в Лондоне. Но меч с ним справился.
— Каким образом?
— Я тогда ощутил то же, о чём сейчас рассказал Александр Петрович — будто меня облепили какие-то липкие нити, обездвижили и начали вытягивать силы. Только меч смог все эти невидимые нити разрубить. И сейчас сможет. И любую защиту, что наложена на танки, даже самую сильную, он просто не заметит. Выпустите меня!
— Это исключено! Слишком велики риски.
Пока мы разговаривали, англичане какое-то время бездействовали — видимо, ожидали от нас новой вылазки. Но когда поняли, что её не будет, Эджертон снова начал готовить купол для очередного удара.
— Времени мало! — сказал я, показав на герцога. — Они скоро выстрелят. Выпустите меня, пока не поздно!
— Нет! — снова отрезала бабушка. — Хочешь погибнуть? Хорошо, иди. Но артефакты оставь здесь! Я не имею права позволить тебе подарить этому псу меч учителя!
— Разрешите мне пойти, Ваша Светлость! — неожиданно влез в разговор Тойво. — Один танк я точно выведу из строя.
— И погибнешь, — добавила бабушка. — А они притащат сюда ещё один танк.
— Но на это у них уйдёт время, — возразил Тойво. — И вполне возможно, помощь к нам придёт раньше, чем они притащат танк.
— Брат дело говорит, Ваша Светлость, — подключился к разговору Дьяниш. — Даже один выведенный из строя танк сильно улучшит наше положение.
— То есть, ты за то, чтобы Тойво ценой своей жизни уничтожил танк? — уточнила бабушка.
— Я за то, чтобы реализовать эту идею, — сказал Дьяниш. — Только пойду я, обернувшись медведем. И возможно, при удачном раскладе у меня получится даже два танка вывести из строя.
— Идти должен я! — возразил Тойво. — Там не нужна сила медведя. Достаточно просто пробраться к танку и забросить немного земли или осколков кирпича в ствол. Я смогу, я быстрее!
— Сила медведя нужна не для того, чтобы танки ломать, а чтобы выдержать сильную атаку английских магов, — пояснил Дьяниш. — А камни в ствол я смогу лапой забросить не хуже, чем ты рукой.
Пока братья спорили, кто из них пойдёт на верную гибель, англичане над каждым танком поставили дополнительный защитный купол, а Эджертон почти закончил приготовления к выстрелам.
— Никто никуда не идёт, — горько усмехнувшись, сказала бабушка. — Готовимся отражать атаку. Тойво, держи купол, Александр Петрович, на Вас внутренняя защита от физического урона, я возьму внешнюю — мне проще будет восстановиться потом у источника.
— Я пойду! — уверенно заявил Дьяниш, несмотря на слова княгини Белозерской. — Мне эти купола над танками на один удар лапы, а Тойво должен остаться и наш купол держать. Откройте проход, Ваша Светлость!
— Хорошо, — согласилась бабушка, поняв, что спорить бесполезно. — Но всё же постарайся вернуться. Если ты выведешь из строя один танк, этого будет достаточно. Сразу же после этого беги назад!
Анимаг быстро обернулся медведем, Тойво наложил на брата какие-то дополнительные защитные заклятия, а бабушка начала делать проход в куполе. И они так этим увлеклись, что на какое-то время забыли про всех остальных, в том числе и про меня.
Это был мой единственный шанс, и упускать его было нельзя — второго могло уже не представиться. Я это прекрасно понимал, поэтому отошёл в сторону, быстро наложил на себя все доступные мне защиты и ускорение и принялся ждать, когда бабушка закончит делать разрыв в куполе.
Как только проход был готов, я быстро надел шапку Мономаха, выхватил из ножен Кусанаги-но цуруги и бросился к куполу. По пути пришлось бесцеремонно оттолкнуть медведя и увернуться от бабушки, которая попыталась в последний момент схватить меня за руку.
И я это сделал! Я прыгнул в разрыв за доли секунды до того, как княгиня Белозерская, решившая помешать мне любым способом, закрыла проход сквозь купол.
Глава 11
Мне казалось, что дыра в куполе была самой настоящей дырой, что в неё можно было спокойно выпрыгнуть. По крайней мере я не заметил, чтобы у Романова возникли какие-то проблемы при выходе за пределы купола. Но я ошибся.
Несмотря на кажущееся отсутствие преграды — что-то там было. Что-то невидимое, незначительное, но всё же достаточное, чтобы довольно сильно уменьшить скорость моего прыжка. Возможно, это осталось от нашей защиты, или же было уже поверх неё наложено англичанами, но так или иначе, красивого большого прыжка не получилось.