- Иди сюда! – прорычал я, вырывая орка из толпы своим телекинезом. – Создайте мне стены! – крикнул я, слегка повернув голову к ученикам. И вокруг арены установили барьер из стен света и тонких стен льда, чтобы все видели происходящее. Потом я откинул орка от себя. Пока он вставал, потирая шею, я убрал предыдущие два тела с поля боя себе в инвентарь.
- Можете начинать! – провозгласил Веккен, занимая своё место.
- Забери своё отравленное оружие, пёс, недостойный называться вождём! – громко крикнул я, и кинул в него секиру с когтями.
- Ты пожалеешь колдун! – крикнул орк, надев перчатки с когтями и одновременно вооружившись секирой. А потом резко побежал на меня. Он не уступал предыдущим противникам в скорости и силе, разве что был более дёрганным.
Останься, дай мне насладиться последними минутами твоей жизни!
Произнеся короткое заклинание, что я разработал для праздничной игры, я топнул ногой и выпустил волну холода, заморозив песок арены, и ноги орка тут же примёрзли.
- Что ты делаешь?! Ты трус! – закричал он, в панике пытаясь поднять примёрзшие ноги.
- Значит я трус, когда сражаюсь своими умениями? – громко спросил я. – Тогда кто же ты, раз твои воины, с твоей же подачи используют яд, что убивает человека от малейшей царапины?! – прокричал я, и отправил в его левую руку «Огненную вспышку», от которой он закрылся секирой.
- Твоё колдовство – это трусость! – вновь крикнул он, пытаясь высвободиться и стал отбивать лёд древком секиры, аккуратно держа лезвия подальше от себя.
- Я уже бился с твоими воинами в поединке чести. Ты же её не заслуживаешь! Ну а если тебе так удобнее, то я соглашусь быть трусом в твоих глазах. А ты будешь страдать! – уже едва сдерживая себя, прошипел я. После чего стал формировать заклинание, собирая потоки магии.
О источник всех сил,
О земля, что хранит тела мертвецов,
О тьма, что разъедает трупы,
О вода, что несёт утопленников,
Соберитесь в моих руках,
Объединитесь в страшный яд и поразите врага моего!
Поток яда!
Я прокричал заклинание, которое пока не испытывал нигде, кроме лаборатории. Над орком появилась большая капля кислотно-зеленого цвета. Через мгновение она лопнула, и на орка пролился кислотный поток. Бывший вождь закричал от ужасной боли, но быстро начал захлёбываться в смеси кислоты и яда. Он стал буквально разлагаться на глазах и через несколько секунд крики стихли, а в ядовито-зелёной луже сидел скелет.
- Каждый, кто посмеет коснуться моей семьи, закончит как ты, глупый орк. – произнёс я, подойдя ближе, и плюнул в череп скелета, который снова начало разъедать. – Великий вождь. Я закончил. Прошу прощения у всех присутствующих за излишнюю жестокость, я немного вышел из себя.
- В кровавой дуэли победил Габриэль! – громко объявил вождь. Воцарилась тишина.
- Я отзываю свою претензию на бой. Сегодняшние бои были опорочены представителем нашего народа. Я признаю поражение и отдаюсь на милость наследника Габриэля и вождя всех вождей Веккена Могучая Рука. – выйдя вперёд, сказал бледно-коричневый орк, что был выше двух метров, с коротко стрижеными рыжими волосами, одетый в костяной доспех и с огромной дубиной за спиной – Хуггар, вождь клана Дробителей и мой третий противник. Он отправил официальный вызов сразу после обсуждения основной повестки и окончания собрания.
- Я не держу зла на народ орков. Надеюсь, это когда-нибудь будет взаимно, и мы сможем сосуществовать. – громко произнёс я, подходя к этому вождю и протянул ему руку.
- Не скажу за всех, но наш клан будет чтить правила союза. Я видел, как ты, человек, действовал по всем нашим обычаям, в отличии от представителя моего собственного народа. Я и мой клан принимаем тебя, наследник Габриэль. – ответил он, и пожал мою руку.
- Значит, бои на сегодня закончены. – объявил великий вождь. А я, попрощавшись с вождём орков, отправился к своим. Подойдя, я увидел, что Лука уже стоит облачённый в свою белую робу. А остальные ждут моего возвращения.
- Лука, прости ещё раз, что подверг тебя такой опасности. – попросил я и вновь обнял его.
- Габриэль, я же говорил, что со мной всё в порядке. Не накручивай себя. – ответил Лука, но обнял меня в ответ.
- Габриэль, а что это за яд на Луке использовали? – с волнением спросила Гнида.