Орки синхронно пошли на меня в атаку. Они замахнулись косыми ударами, намереваясь разрубить меня крест-накрест начавшими ярко светиться мечами. Я встретил их удары своими оружиями, а кинжалы отправил каждому из них в бок. И пока я с трудом сдерживал их удар, каждый орк получил по пять кинжалов. Восемь было отброшено доспехами, но два последних получили от меня зачарования молнии, и каждый большой орк получил по искрящемуся кинжалу в ухо. Один в правое, другой в левое. Последние две туши упали на песок арены и больше не поднялись.
Как только с ближайшими угрозами было покончено, я вызвал «тотем восстановления маны» и наконец-то обернулся в сторону вожака. Помимо меня, в живых на арене остались только главный чёрный орк, забившийся в угол орчонок и лежащий на земле, но ещё ворочающийся обмороженный людоящер.
- Ну что, пёс, твоя очередь! – указал я на орка своим моргенштерном, стараясь не показывать усталость, хотя мышцы рук немного ныли.
- Не зазнавайся. Ты уже измотан и не сможешь победить. – ухмыльнулся он, вызывая из мешочка на поясе топор размером с него. Я же применил на себя «подавление боли» и вернул кинжалы.
- Ну давай, подходи, пёс! – я ухмыльнулся, подлечил себя и встал в стойку, ожидая его действий, заодно попросив духа молнии дать мне щит, и вокруг начало кружить девять электрических сфер.
Орк заревел и бросился ко мне, отведя топор назад. Я отправил в него три различных вспышки, но каждый раз по его доспеху проходила волна синего магического света и он будто не ощущал воздействия моей магии. Эта трёхметровая туша быстро приблизилась ко мне и нанесла удар топором. У меня не было времени даже упасть на землю из-за скорости этого удара, поэтому я выставил перед собой кинжалы, собрав их в щит, как делает Серена, и попытался блокировать удар своими оружиями. Он с лёгкостью пробил мою защиту, развеял почти все сферы молнии и отбросил меня на пару метров. Я даже не смог удержать оружия в руках, а половина кинжалов разлетелась на осколки в яркой голубой вспышке столкновения магий.
Вожак орков не стал давать мне время на то, чтобы опомниться, разбежался и прыгнул на меня, занося топор для удара из-за спины. Я уже не раз видел такой удар у огров и сам использовал такой на циклопе. Поэтому я поднырнул под падающим орком, использовал «всплеск молний», чтобы ещё дальше откинуть его от себя, и отправил ему в голову все оставшиеся кинжалы, зачаровав их при помощи духов света. Я направил их в одну точку, чтобы они шли один за другим, как я поступил с рыцарем в своё время. А сам стал зачитывать заклинание, пока орк будет отбиваться от кинжалов.
Свет! Огонь! Молния!
О источник всех сил!
О свет, что карает неверных;
О молния, поражающая врагов;
О огонь, сжигающий нечисть;
Соберитесь в моих руках,
Объединитесь, и дайте познать врагу мой гнев!
Золотая молния!
Орк оказался от меня в нескольких метрах, и пока он был дезориентирован вспышками света от моих кинжалов, два из которых даже успели поцарапать его голову и срезать несколько прядей волос, возле меня появилась руна. Эта руна была воплощением слияния света, огня и молнии. Она искрилась электрическими всплесками бело-золотого цвета, а потом в одно мгновение толстая, ослепляющая молния проделала в орке и стене за ним огромную дыру. Я медленно направился к нему. Орк сидел на песке арены и пытался встать, опираясь на остатки рукояти топора. Когда я подошёл и схватил его за волосы, он смотрел на меня со смесью страха и ненависти. Я поднял его правой рукой, а левой занёс притянутый телекинезом топор.
- Как я и говорил, боги, наблюдающие за этим боем, прошу вас принять эту жертву! – громко объявил я и опустил топор, отделяя голову от тела. Потом я поднял её над головой и крикнул. – Эрания победила!
Всю арену залило криками и аплодисментами. А я услышал лязг метала о металл и почувствовал слабый удар по спине. Я обернулся и увидел орчонка, который раз за разом бил по мне обычным железным мечом, который не мог пробить мои доспехи. Всё его лицо было залито слезами и соплями. Я просто дал ему пощёчину со всей силы. Мелкий упал на землю и больше не вставал. Я поднял его тушку, очистил магией, чтобы не испачкаться, взвалил на плечо и пошёл к выходу с арены. Я остановился перед троном князя и бросил голову орка в его сторону. Князь кивнул мне и три раза сложил руки в аплодисментах, что вызвало ещё больше криков одобрения с остальных трибун. Я же, немного подумав, развернулся и собрал с арены все трупы в свой инвентарь, на всякий случай, после чего пошёл прочь. На песке арены остались только голова вождя, куски растерзанного гоблина и полуживой людоящер.