Через плечо Ольхогрива Ромашка могла видеть Дымка, который склонился над котятами, лежащими в гнезде из засохших листьев. Они переворачивались с боку на бок, их крошечные рты были широко раскрыты. Им хотелось есть.
Глаза Дымка светились любовью к ним.
«Я должна заставить его понять, насколько серьёзна проблема».
Обернувшись к Кислице и Мышеусу, Ромашка велела им пойти за добычей, которую они оставили у логова. Затем она позвала Дымка выйти из дупла. Серо-белый кот нехотя подошёл к ней, бросив последний обожающий взгляд на своих котят.
— Что? — спросил он.
— В племени, — начал а Ромашка, — когда кошка умирает, всё племя бодрствует за неё и вспоминает её жизнь. Я подумала, что ты мог бы посидеть на дежурстве перед Кориандр.
Глаза Дымка немного расширились, и на мгновение он заколебался. Потом кивнул.
— Я бы хотел этого.
— Хорошая идея, — одобрительно мяукнул Ольхогрив. — Кислица и Мышеус могут остаться здесь, а я покормлю котят.
Ромашка направилась обратно в дупло под колючим деревом, где всё ещё лежало тело Кориандр. Она и Дымок почистили и разгладили её шерсть, а затем сели рядом с ней, когда темнота сгустилась и одна за другой появлялись звезды.
«Даже если бы Звёздное племя всё ещё было связано с нами, Кориандр никогда бы туда не попала, — подумала Ромашка, — но мы все равно можем чтить её жизнь и относиться к её телу с уважением».
— Ты, должно быть, очень любил её, — мяукнула она Дымку.
Серо-белый кот склонил голову.
— Больше, чем я могу сказать, — пробормотал он. — Она была такой красивой. И ей так хотелось котят. Из неё получилась бы замечательная мать.
Его слова дали Ромашке возможность сказать то, что она действительно хотела сказать, причину, по которой она всё устроила так, чтобы поговорить с Дымком наедине.
— Если бы Кориандр сейчас была здесь, — нерешительно начала она, — как ты думаешь, она бы сделала всё возможное, чтобы позаботиться о котятах?
— Конечно, — мгновенно ответил Дымок.
— Тогда, прямо сейчас, это означает, что ты должен отдать котят Двуногим, — сказала ему Ромашка. Дымок открыл пасть, чтобы возразить, но она продолжила, прежде чем он успел что-то сказать. — Дымок, ты должен понять, как всё плохо. Кормить котят добычей долго не получится. Им нужно молоко, и у Двуногих оно есть. Неужто Кориандр не предпочла бы это, чем позволить им умереть?
Дымок протянул лапу, чтобы погладить Кориандр по шерсти. Он опустил обратил свой потерянный взгляд на мёртвую подругу, но когда он не сразу отверг её совет, Ромашка поняла, что, должно быть, он обдумывает его. Она знала, как ему трудно. Он так любит этих котят!
— Я вижу смысл в том, что ты говоришь, — наконец признал он. — Но я хочу сделать всё, что в моих силах, чтобы исполнить предсмертное желание Кориандр. Она была моей подругой, я любил её и в этом ей обязан.
Грудь Ромашки закипела от смешанных эмоций.
«Как бы всё сложилось, если бы я осталась здесь с ним», — спросила она себя…
Каким хорошим отцом стал бы Дымок… Она лишила его возможности участвовать в жизни его котят.
— Мы сделаем всё, что в наших силах, — пообещала она ему, отчаянно пытаясь утешить его и предложить выход из проблемы. — Завтра мы сделаем всё возможное, чтобы найти кормящую королеву.
Небо было залито молочным светом зари, когда Кислица, Ольхогрив и котята вернулись в дупло. Дымок вскочил на лапы, как только увидел их, и поспешил вылизать своих котят. Ромашка не могла не заметить, какими слабыми и хрупкими они выглядели… Они выглядели хуже, чем накануне.
Подзывая Мышеуса к себе, она мяукнула: — Нам нужно пойти в Двуногий дом, чтобы найти кошку, о котором нам рассказывал Дымок. Но перед этим я хочу, чтобы ты пошёл с Дымком и помог ему похоронить Кориандр.
— Я? — недоверчиво спросил Мышеус.
Ромашка твёрдо встретила его взгляд.
— Да.
«Если это не заставит их вести себя как отец и сын, — подумала она, наблюдая за двумя котами, несущими тело Кориандр из временного лагеря, — ничего не сможет».
Пока их не было, Ромашка и Кислица поохотились и принесли достаточно добычи, чтобы прокормить Ольхогрива и котят.
«Нам придётся уговорить Коко вернуться с нами сюда, — размышляла Ромашка. — Если мы возьмем котят с собой, Двуногие Коко обязательно их заметят».
— Лучше бы вы их не таскали, — согласился Ольхогрив, сделав паузу и прожевав кусок мыши для котят. — Я позабочусь о них здесь.
Как только Дымок и Мышеус вернулись, все четверо отправились на Двуногое место. Когда они пересекали территорию Речного племени, Ромашка оставалась настороже, её мех покалывало от страха. Они старались держаться на расстоянии трёх хвостов от озера. Солнце взошло, блестя на поверхности воды, и ветерок нес сильный запах Речного племени.