Дымок свернулся вокруг спящих котят. Он сонно посмотрел на приближающуюся Ромашку.
— Что-то случилось? — спросил он.
— Нет, но Вьюга говорила со мной сегодня, — ответила Ромашка, устроившись рядом с ним. — Она говорит, что нам пора уходить.
Дымок медленно кивнул.
— Я знал, что этот день настанет, — мяукнул он. — Я полагаю, ты вернёшься в Грозовое племя.
Какое-то время Ромашка не могла ответить. Она тоже так думала и была поражена, обнаружив, что чувства тянут её в другом направлении.
— Или нет? — Дымок быстро уловил её колебания. — Я вижу, ты ещё не приняла решение.
— Тебе показалось, — ответила Ромашка. Часть её была довольна тем, что он так хорошо её знает, хотя она также не могла подавить укол раздражения. — Конечно, я возвращаюсь в Грозовое племя. Но куда собираешься ты? Куда ты собираешься забрать котят? Ты не можешь вернуться с ними к конюшне.
— Я думал об этом, — мяукнул Дымок. — И я решил, что, может быть, смогу вернуться туда.
Ромашка выпрямилась, её шерсть встала дыбом.
— Но ты обещал Кориандр...
— Я обещал ей не позволить Двуногим забрать котят, — прервал её Дымок. — Но послушай — всё время, пока я жил на конюшне, Двуногие держали там двух или трёх кошек, чтобы ловить мышей в сарае. Теперь у них вообще нет кошек, так что я думаю, они скучают. И им всегда очень нравились котята. Так что я думаю, есть хороший шанс, что они позволят нам всем остаться там.
Ромашка задумчиво лизнула мех на плече.
— Это риск, — промямлила она наконец.
— Я знаю, — вздохнул Дымок. — Но мы не можем жить как одиночки, не в окружении всех этих лисиц, барсуков и ястребов, — добавил он, напоминая Ромашке об ужасной встрече в лесу. — И я нарушу своё слово Кориандр, если возьму котят в племена. Так что пастбище лучший выбор. Конечно, котята были бы в большей безопасности, если бы рядом была какая-нибудь кошка, которая не побоялась бы сразиться с ястребом.
— Ты же не имеешь в виду... — испуганно начала Ромашка.
— Пойдём с нами, — прервал её Дымок внезапно настойчивым голосом. — Я знаю, что это не будет то же самое, что жить в племени, но мы могли бы жить одной семьёй.
— О, я не могу... — пробормотала Ромашка. Сомнения одолевали её...
«Или смогла бы?»
Это полностью перевернёт её жизнь. Даже если Грозовое племя переживало трудные времена, это был её дом в течение самых важных лун её жизни, и там было много тех, кого она любила. Ей ещё нужно было подумать о Мышеусе. Мысль о том, что она больше не вернётся в детскую Грозового племени, казалась неправильной. И всё же…
Когда Ромашка вернулась в своё собственное гнездо, чтобы устроиться на ночь, слова Дымка эхом отозвались в её голове.
«У меня есть выбор, — подумала она. — Ежевичной Звезды больше нет; Белка пропала; кто знает, вернётся ли Звёздное племя?»
Это было не то Грозовое племя, к которому она присоединилась много лун назад. И хотя ей было больно думать об этом, ей всё же пришлось задуматься: будет ли всё так плохо, если она присоединится к Дымку на конюшне?
***
Попрощавшись с Сёстрами, Ромашка и Дымок на следующее утро отправились в путь с Ромашкой-младшей и Кориандр. Ромашка провожала их, чтобы убедиться, что Дымком и котятами всё в порядке.
Она не могла не думать о том, как это путешествие отличалось от того, в которое она уходила луну назад. Тогда они спасали висевших на грани смерти котят; теперь они были крепкими и бурно подпрыгивали от каждого незнакомого звука и аромата, наполняя лес своим возбужденным визгом.
Они так сильно напомнили Ромашке её собственных котят в том же возрасте, что её сердце наполнилось любовью и желанием защитить их.
— Как я могу даже думать о том, чтобы бросить их?
К её облегчению, они не встретили ни Грозовое племя, ни патрули племени Ветра на обратном пути к пастбищу. Когда они подошли к ограде, окружавшей его, Дымок остановился.
— Ромашка, ты останешься с нами хоть ненадолго? — мяукнул он. — Пока котята не станут немного старше и опытнее. Тогда они не будут так расстроены, когда ты вернёшься в своё племя.
Ромашке потребовалась пара ударов сердца, чтобы подумать. Она догадалась, что Дымок надеялся, что, когда она устроится на конюшне, она в конце концов решит остаться.
«И я должна признать, что рассматриваю эту возможность…»
— На время, — ответила она наконец.