— У меня нету посуды.
— Накормим, сынок, — быстро сказал Федор. — Ты сам откуда?
— Из Каменец-Подольска.
— Тебя как зовут?
— Степой.
— Неужели из Каменец-Подольска бегут? — переспросил Петро.
— Бегут, — сказал Степа. — Он же все жгет, детишек убивает.
— Ну, садись, Степан, — усадил его Петро. — Этот дядька — тезка твой. Тоже Степа. Бери вон сало, яички. Ты один или с матерью?
— Один… Маму и сестричку убили. Засыпало кирпичом. Они в подвале сидели.
Степа жалобно всхлипнул.
— Ешь, ешь, Степан, — дрогнувшим голосом сказал Петро. — Подзаправляйся покрепче. Мы тебе харчишек еще и на дорогу дадим.
Федор со Степаном собрали в мешочек еды для мальчика. Потом все вместе проводили его до вагона.
К вечеру следующего дня поезд, пройдя от Киева двести километров, приближался к Виннице. Километрах в восемнадцати, перед небольшим, забитым эшелонами разъездом, остановились.
Петро вышел размять ноги.
— Пойдем со мной, раненых поглядим, — позвал Брусникин.
— Где?
— Там, впереди, санитарная летучка стоит.
— Что на чужую беду глядеть, — сказал Петро. — Им и без нас тошно.
— Пойдем. Может, земляки есть. Обрадуются.
Петро отказался. Закурив, он медленно зашагал вдоль рельс. У железнодорожной будки стояла чернобровая молодица с грудным ребенком на руках.
— Не найдется попить, хозяюшка? — спросил Петро, останавливаясь.
— Сейчас вынесу, — проговорила приятным низким голосом молодица и проворно побежала к будке.
Вернулась она с большой кружкой прозрачной родниковой воды.
— Пейте здорови, — пожелала она, покачивая ребенка и легонько похлопывая его рукой.
Красивые миндалевидные глаза ее под низко опущенной на брови отороченной кружевом белой косынкой смотрели с приветливым участием. Петро жадно выпил холодную воду, поблагодарил.
— Хорошие места здесь у вас, — сказал он. — И вода чудесная.
Молодица слушала его рассеянно и все время тревожно поглядывала на небо.
— Так летают, так летают! — пожаловалась она плачущим голосом. — Повирыте, дытыну боюсь з рук выпустить.
— Они с таким расчетом и летают, — сказал Петро. — Хотят людей напугать, чтобы руки у всех опустились.
— Вчера вон около того кусточка, — показала молодица, — смазчика бомбой разнесло. И шматочков не собрали…
Петро постоял еще несколько минут и вернулся к своему вагону.
В купе было тесно и накурено. Степан, до отказа растягивая мехи гармони, играл «Страдания». В проходе сбились слушатели.
— Про Буденного сыграй, — заказывал из-за стенки чей-то басовитый голос.
Оттуда слышались свирепые удары костей по столу, — резались в «козла».
— А ну, цытьте! Слухайте!
Федор, не оборачиваясь, резко махнул рукой.
— Летят… Ще один… Да низко…
Все кинулись из вагона к выходу. Петро, убрав покинутую гармонь, спустился со ступенек последним. Вражеские самолеты, вытягиваясь в цепочку, разворачивались для бомбежки. От состава бежали в поле люди…
— Сюда! — крикнул из-под вагона Федор и, схватив Петра за руку, притянул его к себе.
Под вагоном уже было несколько человек. Они присели, скорчившись, и напряженно прислушивались к гудению самолетов.
Бомбардировщик с ревом пронесся над поездом, и сейчас же воздух качнуло — три взрыва один за другим прогрохотали в стороне.
— Запалил эшелон! — крикнул кто-то. — Гляньте, как пламя схватывается.
— По санитарному достал.
Петро выглянул. Впереди над тесно сдвинутыми составами хлестало синеватое пламя.
Больно ударившись головой о балку, Петро выскочил на обочину насыпи.
— Куда! Летают же! — донесся до его слуха чей-то голос. Но испуганный, трусливый окрик только подстегнул его.
Держась рукой за ушибленное место, Петро побежал к пылающим составам.
Еще издали он увидел, что пламя от развороченной цистерны перебросилось на соседние вагоны и два из них, с красными санитарными крестами, были охвачены огнем.
Бомбардировщики продолжали кружить над разъездом. Где-то в стороне беспорядочно били зенитные пулеметы.
Петро проворно вскочил в ближний вагон и столкнулся в тамбуре с девушкой в белом халате. Она помогала раненому с забинтованной головой выбраться из вагона.
— Там лежачие! — крикнула она Петру, махнув рукой в сторону коридора. — Тяжело раненные… Помогите.
Петро не успел еще сообразить, что надо делать, как она вернулась и потащила его за собой в конец вагона. В открытом купе лежало трое раненых.