Захлопнуть за собой дверь я не успела. Сергей настиг меня на пороге и прижал к себе.
– Ну что ты? Ну? Посмотри на меня. Маленькая моя. Не из-за чего! Научишься ты танцевать. Ну что ты, Девочка?
– Не знаю, Серёжа, сама не понимаю своих слёз. Стыдно плакать, а плачется.
Он сел на диван и, усадив меня к себе на колени, стал нашёптывать ласковые слова и вскоре успокоил.
Утром Стефан встретил нас у конюшни, кони были заседланы. Я поздоровалась и поблагодарила. Он вёл себя как всегда. Я тоже. Угостив коней яблоками, мы с Серёжей отправились на прогулку. Теперь, после уроков Стефана, Серёжа позволял скачку. Пепел распластывался в галопе и просто летел, но Серёжа на своём жеребце всё равно нас обошёл. На обратном пути мы всю дорогу смеялись всякой чепухе. У конюшни, спрыгнув со своего коня, Сергей подошёл к Пеплу, и прямо с седла я скатилась в его объятия. Пока мы целовались, Стефан увёл коней. Начался дождь.
После завтрака я подошла к Стефану и извинилась:
– Стефан, я прошу прощение за своё поведение вчера, и во время занятий, и потом за столом. И ещё я хочу выразить признательность за обучение. Ты замечательный инструктор, Стефан! – Я обеими руками взяла его руку и пожала пальцы. – Спасибо, Стефан.
Он удержал мою руку и потянул меня к дивану. Улыбаясь, указал на бумажный пакет, стоявший на диване, и сказал:
– Подарок тебе. Ночью закончил.
Я вытащила из пакета сапожки чёрной кожи, мягкие, с замшевой подошвой. Это были сапожки для работы на крупе лошади. Растроганная подарком, я вертела сапожки в руках, не умея выразить своих чувств:
– Стефан, я… наклонись, пожалуйста.
Он наклонился, и я впервые увидела улыбку в его глазах. Обняв за шею, я прижалась щекой к его заросшей щеке и удивилась – щека не была колкой, она была шелковистой… я прикоснулась к щеке губами:
– Стефан, благодарю. Ты будешь со мной заниматься? – Заглянув в глаза – чёрные, большие, они близко-близко улыбались мне, я переспросила: – Будешь?
Он кивнул, и я рассмеялась.
– О, Стефан, благодарю!
Скинув туфли, я примерила сапожки. Они были впору. Я чуть потанцевала, демонстрируя их Серёже, Андрэ и, конечно же, Стефану.
С того дня наши отношения переменились – отношения стали открытыми, какими бывают отношения между друзьями, что вовсе не означало, что отношения стали гладкими – мы часто спорили и даже ругались. Большинство моих идей Стефан считал невозможными, а я стояла на своём. Потеряв терпение, он прибегал к помощи Серёжи:
– Скажи ей, это о-пас-но! Лошадь – не танцпол!
Серёжа искал безопасный алгоритм движения и во время первой тренировки спорного элемента присутствовал сам. А Стефан исходил недовольством:
– Ты всегда ей всё позволяешь! Позволяешь даже то, что опасно! – Эти фразы Стефан частенько повторяет и по сию пору, адресуя их моему мужу…
– Лидия, чему вы смеётесь? – раздался голос Его Высочества.
– Смеюсь? – переспросила я и смутилась. Увлечённая воспоминаниями, я не заметила, что рассмеялась.
Его Высочество поспешил замять неловкость:
– Хочу предложить вам скачку. Как вы на это смотрите?
Я смотрела положительно. С Громом соревноваться было бессмысленно – могучий жеребец легко обойдёт и Красавицу, и Пепла. А вот Красавица против Пепла… хотя шансов всё равно мало – принц очень хороший наездник – о таких говорят: родился на коне.
– Идёт! – Я похлопала Красавицу по шее. – Ну, девочка, на тебя вся надежда!
– Финиш на ёлках! – сказал Серёжа – будучи исключённым из скачки, он был рефери.
– Елки… – Его Высочество с сомнением посмотрел вперёд, – я их увижу?
– Увидишь, Али! – заверил Серёжа. – Три молоденьких ёлочки справа от дороги. Готовы? Раз. Два. Три!
Крикнул он, и мы поскакали. Опередив, Серёжа встречал нас у финиша. Моя Красавица справилась и обошла, совсем чуть-чуть, но обошла!!! Пепла.
Давая лошадям остыть, часть обратного пути мы возвращались шагом. Принц вдохновенно рассказывал о красотах пустыни и, завершив рассказ описанием заката, упрекнул:
– Друг мой, ты женат четыре года, а жена твоя не видела красоты моей родины.
Серёжа не принимал участия в беседе, всю дорогу размышляя о чём-то, но откликнулся сразу:
– Детки подрастут, потом решим.
– Ваше Высочество, ваш русский вызывает восхищение. Вы говорите по-русски много лучше, чем большинство русских. Вы с детства учили язык?
– Нет, графиня, я начал изучать язык, когда имел честь познакомиться с вашим супругом. Сергей не рассказывал вам, как мы познакомились?