– Вася, чего ты застрял? – загремел сердитый голос Маши снаружи, а потом и она сама решительно вошла на конюшню. Увидев под ногами мужа, ухватила его под мышку и вскрикнула: – Вася! чего ты? Вася!
– …ногами-то… Маня… Маня… ша… – подняв к ней мокрое от слёз лицо, заходился в смехе Василич.
Маша зыркнула на нас глазами:
– Перебрал с Высочеством, тому хоть бы что, а этот… Домой пошли! – вновь прикрикнула она на мужа, повернулась к воротам и потянула его за собой.
Подчиняясь понуждению, хватаясь за жену, Василич, так и перегнувшись надвое, поплёлся за ней, задыхаясь от смеха и обливаясь слезами, силился рассказать о причине своего веселья:
– Маняша, Сергей… ха-ха-ха… Мих… ха-ха-ха… лошадок…
– Да, Маленькая, со стола не убирай! – не оглядываясь, велела Маша. – Всё, что надо мы с девками убрали, остальное завтра…
– Доброй ночи, Маша! Спасибо! – Крикнула я запоздало, когда они уже скрылись за створкой. – Василич, доброй ночи!
Смеясь, я закинула голову назад и посмотрела на Сергея.
– Первый раз Василича таким вижу.
Вновь потемнев глазами, Серёжа сказал:
– Пойдём домой, Девочка.
Гости ждали нас в нетерпении – Николай торопился уехать, а Илья и Родион торопились на покой в коттедж – они оставались ночевать в усадьбе.
– Утомил Николай тебя? – спросила я графа, прощаясь с ним на ночь и провожая к лестнице.
– Всю жизнь мне свою рассказал. О Сергее много хорошего говорил.
– Спасибо на добром слове!
– Хороший вечер, детка. Ты восхитительно танцевала.
– Благодарю, милый. Доброй ночи, Андрей. Приятных снов.
– Доброй ночи, детка. – Он стал подниматься по ступенькам.
Серёжа неслышно подошёл сзади и, обняв меня, повёл в кабинет. В Кресле Правды усадил на колени, я прижалась к его груди и затихла. Он долго молчал, а я и ждала, и боялась, что он заговорит.
– Дай губки, – наконец, прервал он молчание.
Я подняла к нему лицо. Мы долго целовались, перешёптываясь ласковыми словами. Наконец, он решился перейти к делу:
– Хочу закрыть тему Карины. Думал, у тебя будут вопросы, ты молчишь.
Я перевела дух – тема была не страшной:
– У меня два вопроса, оба о тебе, не о ней.
– Почему я сразу её не выставил?
– Да. Я понимаю, ты не хотел скандала…
– Нет! – жёстко прервал он и пояснил: – Хотел я или не хотел, если бы не Али, скандала было не избежать. Дело в другом – ты была с ней почти полтора часа. Я не знал, отравила ли она тебя, не знал, каким ядом она тебя травила. Надо было, чтобы ты увидела её истинное лицо, чтобы она доиграла роль до конца. – Он поморщился. – Прости, вышло долго и скверно.
– Ты молчал и смотрел на неё. О чём ты думал?
Сергей пожал плечами.
– Спрашивал себя, в чём я видел очарование? … Думал, во что бы превратился, не случись той потасовки в баре? … Радовался, что передал управление её финансами в другие руки. – Перечислял он монотонно. – Обдумывал способы вывести её за пределы зала, думал, что ей посулить?
Ответ вызывал у него скуку. Эта женщина давным-давно перестала быть участником его жизни.
– Посмотри на меня, – вдруг потребовал он. Всматриваясь в мои глаза, Серёжа с горечью произнёс: – Яд всё-таки достиг цели. Что?
Я опустила глаза.
– Лида!
– Серёнька.
– Что? – не понял он.
– Серёнька, – повторила я. – Так Карина назвала тебя.
– Карина?! – Закинув голову назад, он захохотал. – Маленькая, Карина обходится без имён, «ты» – единственное обращение, известное ей. – Покачивая головой и посмеиваясь, он повторил: – Серёнька… надо же… а я не заметил. – Он взял в ладони моё лицо и ласково произнёс: – Глупенькая моя Маленькая, не было у нас с ней романтической любви, понимаешь, не было!
И я поверила – не было.
Продолжая рассматривать моё лицо, Серёжа вдруг померк и прижал мою голову к груди.
– Больше у тебя нет вопросов?
– Есть, – я помедлила, – он зряшный. Я не хочу его задавать, но он в голове крутится.
– О шалостях?
Кивая, я боднула его в грудь и, чувствуя, что краснею, предложила:
– Ты можешь не отвечать.
– Карина любила рискованный секс – секс в общественных местах. Всё?
Соглашаясь, я вновь боднула его в грудь. И он перешёл к другому вопросу: