— Должен ли я изложить всё с самого начала так, как мне рассказал Хозмер?
— Разумеется.
И Жак тотчас же начал:
— Вы знаете о попытках Австрии создать новую Балканскую лигу?… Что? — сказал он, заметив, что Бём заёрзал на стуле.
— Мне кажется, — отчеканил Бём, — для того чтобы объяснить причины явлений, лучший метод — начать с более ранних событий…
При слове «метод» Жак улыбнулся. Он взглянул на Пилота, как бы спрашивая у него совета.
— В нашем распоряжении целая ночь, — заявил Мейнестрель. Он бегло улыбнулся и вытянул свою больную ногу.
— В таком случае, — заговорил Жак, обращаясь к Бёму, — валяй… Этот исторический обзор ты сделаешь, конечно, лучше, чем я.
— Да, — сказал серьёзно Бём (что вызвало лукавый огонёк в глазах Альфреды).
Он снял макинтош, заботливо уложил его на полу рядом с фуражкой и присел на кончик стула, держась очень прямо и сдвинув ноги. Его коротко остриженная голова казалась совсем круглой.
— Простите, — сказал он. — Для начала я должен изложить точку зрения империалистической идеологии. Это для того, чтобы объяснить, что скрывается за нашей, австрийской политикой… Во-первых, — продолжал он, подумав несколько секунд, — надо знать, чего хотят южные славяне…
— Южные славяне, — прервал Митгерг, — это значит: Сербия, Черногория, Босния и Герцеговина. А также венгерские славяне.
Мейнестрель, слушавший с величайшим вниманием, сделал утвердительный жест.
Бём продолжал:
— Южные славяне уже в течение полувека хотят объединиться против нас. Основное их ядро — сербы. Они хотят сгруппироваться вокруг Сербии и создать самостоятельное государство — Югославию. В этом им помогает Россия. С 1878 года, с Берлинского конгресса, начался спор, борьба не на жизнь, а на смерть между русским панславизмом и Австро-Венгрией. А в русском правительстве панслависты — всесильны. Что же касается тайных русских намерений и ответственности России за осложнения, которые скоро наступят, то об этом я недостаточно осведомлён и не смею говорить. Я могу судить только о моей стране. Будет правильно сказать, что для Австрии — тут я становлюсь на правительственную, империалистическую точку зрения — коалиция южных славян — это действительно большая жизненная проблема. Если бы югославское государство расположилось возле нашей границы, Австрия утратила бы господство над многочисленными славянами, являющимися сейчас подданными империи.
— Разумеется, — машинально пробормотал Мейнестрель. Но, по-видимом, тут же пожалел об этом невольном вмешательстве и закашлялся.
— До 1903 года, — продолжал Бём, — Сербия фактически находилась под властью Австрии. Но в 1903 году в Сербии произошла национальная революция; на трон сели Карагеоргиевичи, и Сербия стала независимой. Австрия воспользовалась тем, что Япония разбила Россию, и мы беззастенчиво захватили Боснию и Герцеговину — провинции, управление которыми было доверено нам. Германия и Италия отнеслись к этому сочувственно. Сербия была в ярости. Но Европа не захотела осложнений. Австрия выиграла благодаря своей наглости…
Она захотела снова проявить эту наглость во время Первой балканской войны, в тысячи девятьсот двенадцатом году. И выиграла ещё раз по той же причине. Она помешала Сербии получить порт на Адриатике. Создала между Сербией и морем независимое государство Албанию. И вследствие этого Сербия разъярилась ещё больше… Затем началась Вторая балканская война. В прошлом году. Помните? Сербия завоевала новую территорию — в Македонии. Австрия хотела сказать «нет». Дважды она выигрывала дело с помощью наглости. Но на сей раз Италия и Германия не одобрили её действий, и Сербия смогла устоять и удержала всё, что захватила… Однако Австрия затаила обиду. Она ждёт повода для реванша. Национальная гордость у нас очень развита. Наш генеральный штаб подготовляет этот реванш. И наша дипломатия тоже… Тибо говорил о новой Балканской лиге. Это у нас в Австрии большой политический план на нынешний год. Вот в чём дело: предполагается союз между Австрией, Болгарией и Румынией, чтобы основать новую Балканскую лигу, которая будет направлена против славян. Не только против южных славян, — против всех славян. Понимаете? Это значит — также против России!
Несколько секунд он собирался с мыслями, проверяя, не упустил ли что-нибудь существенное. Затем с вопрошающим видом наклонился в сторону Жака.
Альфреда, прислонившись к плечу Патерсона, нагнулась, чтобы скрыть зевок. Она находила австрийца очень добросовестным, а его исторический обзор — крайне скучным.