— Зачитайте вердикт, — произнёс судья.
— По обвинению в убийстве первой степени с отягчающими обстоятельствами: виновны.
Звук в зале изменился. Не вскрик, не ропот, а какое-то общее движение воздуха, как будто все одновременно вдохнули.
— По обвинению в ограблении: виновны.
— По обвинению в краже: виновны.
— По обвинению в заговоре с целью совершения убийства, ограбления и кражи: виновны.
Рик Табиш опустил голову. Его плечи дёрнулись, как от удара. Палаццо положил ему руку на предплечье.
Сэнди Мерфи не шелохнулась.
Камера «Court TV» крупным планом показала её лицо в момент оглашения вердикта, и миллионы зрителей по всей стране увидели одно и то же. Неподвижные черты, сухие глаза, чуть сжатые губы. Ни слёз, ни бледности, ни дрожи. Она смотрела перед собой тем же взглядом, каким смотрела на протяжении всего процесса, и в этом взгляде читалась не покорность и не шок, а нечто совсем другое, почти неуловимое, словно она не столько принимала вердикт, сколько оценивала его, прикидывая следующий ход.
Момо откинулся на спинку стула и закрыл глаза.
Бонавентура назначил слушание по определению меры наказания на июнь.
XXII
Двадцать восьмого июня двухтысячного года судья Бонавентура огласил приговор. Обвинение требовало смертной казни. Присяжные, после отдельного совещания по этому вопросу, не поддержали высшую меру, но рекомендовали максимальное наказание.
Бонавентура приговорил Сэнди Мерфи к пожизненному заключению с возможностью условно-досрочного освобождения через двадцать лет. Рик Табиш получил аналогичный срок с аналогичными условиями. По совокупности обвинений, включая кражу серебра и ограбление, общий срок для каждого составил от двадцати пяти лет до пожизненного.
Сэнди выслушала приговор стоя, как того требовала процедура. Руки сцеплены перед собой, ноги чуть расставлены, словно она готовилась к удару, который нужно выдержать, не упав. Когда Бонавентура произнёс «пожизненное заключение», уголок её рта дрогнул, один раз, коротко, и снова застыл. Это всё.
Конвоиры вывели обвиняемых из зала через заднюю дверь. Сэнди шла впереди, Табиш за ней. На пороге он обернулся и посмотрел на неё через плечо. Она даже не повернула головы.
Их развезли в разные учреждения пенитенциарной системы штата Невада. Сэнди направили в женскую исправительную колонию в Норт-Лас-Вегасе. Табиша поместили в мужское учреждение в Элко, за пятьсот миль к северу.
XXIII
Пожизненное заключение для Сэнди Мерфи продолжалось три года и два месяца. Не потому, что губернатор помиловал, не потому, что новый свидетель предоставил опровергающие показания, а потому, что машина правосудия, запущенная на полную мощность, иногда давала обратный ход.
Момо подал апелляцию в Верховный суд штата Невада сразу после приговора. Его жалоба занимала двести с лишним страниц и содержала тридцать семь пунктов, в каждом из которых указывалось на процессуальные нарушения, допущенные в ходе первого процесса. Три из них оказались решающими.
Первый касался так называемых «показаний с чужих слов». Суд допустил в качестве доказательства высказывания Теда Биниона третьим лицам о том, что Сэнди собирается его убить. Слова мёртвого человека, переданные через свидетелей, формально являлись hearsay, «слухами», и по федеральным правилам доказательственного права не должны допускаться, за исключением строго определённых случаев. Момо утверждал, что судья Бонавентура применил исключение слишком широко, позволив обвинению превратить параноидальные высказывания наркомана в ключевое доказательство.
Второй пункт касался экспертного заключения доктора Бадена. Момо указал, что теория бёркинга оспаривалась значительной частью судебно-медицинского сообщества и что суд не провёл надлежащей процедуры Дауберта, проверки научной обоснованности методологии, прежде чем допустить эту экспертизу.
Третий пункт затрагивал поведение обвинения. На процессе Роджер продемонстрировал присяжным фрагмент видеозаписи из казино «Подкова», на которой Тед Бинион обсуждал с охранником угрозы со стороны Сэнди. Защита утверждала, что этот фрагмент получен с нарушением процедуры и не прошёл проверку подлинности.
Верховный суд штата Невада рассматривал апелляцию больше двух лет. Решение вышло шестнадцатого июля две тысячи третьего года. Пять судей единогласно отменили обвинительный вердикт по убийству и ограблению, указав на существенные процессуальные нарушения, и направили дело на повторное рассмотрение.