По залу прокатился гул. Родственники Теда Биниона, Бекки и другие члены семьи, сидевшие на скамьях для публики, замерли. Бекки Бенен прижала ко рту кулак.
— По обвинению в заговоре с целью совершения кражи со взломом: виновны.
— По обвинению в краже имущества: виновны.
Сэнди открыла глаза. Выражение на её лице на долю секунды выдало калькуляцию, мгновенный подсчёт. Убийство снято. Ограбление снято. Осталась кража. А кража означала срок, несопоставимый с пожизненным.
Табиша признали виновным по тем же пунктам. Заговор с целью кражи и сама кража, связанные с серебром в Пахрампе. По обвинению в убийстве он тоже оправдан.
Прокурор Дэвид Роджер сидел за своим столом, глядя прямо перед собой. Лицо его сохраняло профессиональную невозмутимость, но правая рука, державшая ручку, сжала её так, что корпус треснул и пластиковые осколки посыпались на бумаги.
XXVII
Определение наказания по оставшимся обвинениям состоялось в январе две тысячи пятого года.
Судья Бонавентура, тот же Бонавентура, который четырьмя годами ранее отправил Сэнди в тюрьму пожизненно, теперь зачитывал другие цифры. За заговор с целью кражи и за саму кражу Сэнди Мерфи приговорили к сроку, который фактически покрывался временем, уже отбытым в заключении. Три года и несколько месяцев, проведённых в женской исправительной колонии, плюс период под залогом до повторного суда, в совокупности составляли наказание, назначенное судом.
— Мисс Мерфи, — произнёс Бонавентура, — с учётом срока, отбытого вами в предварительном заключении и после вынесения первого приговора, суд считает наказание отбытым. Вы приговариваетесь к испытательному сроку в пять лет. Условия испытательного срока будут определены отдельным постановлением.
Сэнди стояла, сцепив руки перед собой. По её щекам текли слёзы. Настоящие или нет, об этом спорили потом все, кто видел трансляцию, но слёзы текли, капая на кремовый жакет и оставляя тёмные пятна на ткани.
— Благодарю вас, ваша честь, — проговорила она, и голос её, сорвавшийся на первом слоге, выровнялся к концу фразы.
Когда конвоир снял с неё наручники в комнате за залом суда, Сэнди посмотрела на свои запястья. На коже остались неглубокие красные полосы, которые исчезнут через час. Она потёрла их машинально, как трут место от снятых часов, и подняла глаза на Рикера.
— Что теперь? — спросила она.
— Теперь ты свободна, — ответил он. — По крайней мере от уголовного преследования за убийство.
— «По крайней мере», — повторила она.
Она знала, что семья Биниона готовит гражданский иск. Знала, что «свобода» её условна и ограничена, как тот перекрашенный браслет, который она носила на лодыжке целый год. Но в этот момент, в тесной комнате с флуоресцентным светом и запахом дезинфекции, она позволила себе закрыть глаза на три секунды. Три секунды пустоты, в которой не было ни расчёта, ни страха, ни планов на завтра. Только тишина. А потом она открыла глаза, одёрнула жакет и вышла.
Рик Табиш получил больше. Помимо обвинений, связанных с серебром, за ним числилось ещё одно уголовное дело, возбуждённое параллельно с основным процессом. В 2001 году, когда Табиш уже находился в тюрьме по делу Биниона, завершился процесс по другому эпизоду. Его признали виновным в вымогательстве и избиении Лео Кейси, мелкого предпринимателя из Вегаса, совершённом еще в 1998 году. Этот новый приговор был добавлен к его текущему сроку. По версии следствия, Табиш, пытаясь взыскать долг, избил Кейси и угрожал ему смертью. Суд присяжных признал Табиша виновным в нападении при отягчающих обстоятельствах, и этот приговор, наложенный на обвинения в краже серебра, увеличил общий срок.
Табиш провёл в тюрьме в общей сложности около двенадцати лет. Его освободили условно-досрочно в две тысячи десятом году. Он вышел из ворот мужской исправительной колонии в Лавлоке, штат Невада, на пустую двухполосную дорогу, уходящую в пустыню, и его никто не встречал.
XXVIII
Сэнди Мерфи покинула здание суда вечером того же дня, когда прозвучал приговор. На улице Льюис-авеню, у ступеней, стояли камеры, но на этот раз их насчитывалось меньше, чем четыре года назад. Дело потеряло новизну. Америка уже переключилась на другие скандалы.
Она спустилась по ступеням быстрым шагом, не останавливаясь. Журналисты окликали её по имени, совали микрофоны, просили комментарий. Она не остановилась и не обернулась. Она дошла до припаркованного у тротуара автомобиля, серебристого «Тойоты», одолженной кем-то из знакомых, села за руль и уехала.