3. Бог невидим
3.1a. Говоря о Боге, Писание обычно говорит: «Се, Бог» (ср. Иов 36:26, 28; Иса 12:2; 25:9; Дан 3:17), а не так, как будто это показывает Его видимым, а скорее означает, что Он присутствует повсюду благодаря факту, так что здесь сказано: «Вот Господь» (ср. Исх. 14:24; Ис. 3:1; 50:9; Ам. 7:7). Это означает, что ни одно мышление не может достичь величины Его Божественности, даже ангельское.
3.1б. Хотя после воскресения человеческая природа поднимется даже до того, что уравняется с ангелами и будет восходить неутомимо к созерцанию Бога, тем не менее, она не способна увидеть Его сущность полностью, чего даже ангельское совершенство не способно познать вполне, по словам Апостола, который говорит: «Мир Божий, превосходящий всякое понимание» (Фил. 4:7), так что вы можете понять, что [это означает] не более, чем ангелы. Только Троица знается саму себя полностью, как и человечность, принимаемая Христом, Третьим Лицом Троицы.
3.2а.Сущность Бога можно познать вразумительно каким-то чудесных образом, когда в Его существование верят. Однако Его действие никоим образом не может быть приравнено к ней, и Его суждения не понятны полностью никому, кроме Него.
3.2б.Тайные суды Божии не могут быть восприняты никаким пониманием, ангельским или человеческим. И следовательно, поскольку они сокрыты, но справедливы, Его дела следует только почитать и бояться, а не оспаривать или подвергать сомнению, как говорит Апостол: «Кто познал умы Господь? Или кто был Его советником?» (Рим. 11:34).
4. Творец познаётся по красоте творения
4.1. Часто телесные размеры существ сравнивают с бестелесной величиной Творца, так что великие дела рассматриваются применительно к мелочам, а невидимое ценится через видимое (ср. Рим 1:20), и Творец вещей познаётся посредством красоты вещей, созданных, однако, не благодаря подобию эквивалентности, а благодаря некой подчиненной и сотворенной красоте добра (ср. Прем. 13:5).
4.2а. Как искусство прославляет ремесленника, так и дела Творца восхваляют своего Создателя и оказываются гораздо более прекрасными по самому характеру дела.
4.2б. Из красоты ограниченного творения Бог раскрывает Свою красоту, которая ничем не ограничена, чтобы человек мог вернуться к Богу по тем самым следам, по которым он отвернулся от Него, чтобы если он отвернулся от Творца через любовь к прекрасному созданию, он мог вернуться снова через красоту твари к красоте Творца.
4.3. Через определенные уровни понимания человек восходит через тварное существование к познанию Бога-Творца, то есть от бесчувственных вещей к чувственным, от чувственных к разумным, и от разумных к Творцу. Разумные существа прославляют Бога сами по себе; неразумные и бесчувственные вещи не хвалят Его .сами по себе, а через нас, когда мы восхваляем Бога, как мы их рассматриваем (ср. Пс 148:3–10); но потому и говорится о том, чтобы хвалить, потому что повод их существования рождает ту же самую хвалу.
4.4. Древние говорили, что нет ничего настолько скучного, чтобы в нем не было какого-то чувства Бога. Это происходит потому, что из твердого камня вылетает искра. А если в большом камне есть огонь, то наверняка там есть смысл, даже там, где жизнь не чувствует себя.
5. Определенные качества приписываются Богу в соответствии с нашим употреблением
5.1а. В нашем понимании о Боге говорят, что Он ревностный или скорбящий (ср. Иоиль 2:18; Зах 1:14; 8:2; Суд 10:16). Однако не существует беспокойства этих движений в Боге, в Котором есть высшее спокойствие.
5.1б–2. Таким образом, не следует торопиться с мнением ума, в результате чего мы поверили бы, что возможно возникновение гнева или перемен у Бога (ср. Исх. 15:8, 22:23 и многие другие места), хотя и Священное Писание называет гневом саму справедливость, с которой Он наказывает виновных, потому что то, что справедливо для судящего, - это ярость и негодование на беззаконного. Таким же образом, следовательно, решается и задача понимания других страстей, которые Писание приписывает Богу, путем человеческих чувств, чтобы Его Самого можно было считать неизменным. Тем не менее, Он назван по следствиям своей причинности, согласно обычаю нашей речи и роду изменчивости, так что Он может быть понятнее.