Снаружи застонала сова, дыхание Догги тоже стихло. Наверняка, он слышал даже шелест крыльев птицы.
Все же, что она сама чувствует, значит так мало.
- И все же, выходит, что-то ты чувствуешь?
Фродо внимательно поглядел на женщину. Маргаритка прикусила губу, отвела глаза.
- Я неправильно выразилась, - ответила она через мгновение, стараясь, чтобы эти слова прозвучали холодно, даже безразлично. Но это ей не удалось. Фродо уловил в ее голосе фальшивую ноту. Ему самому уже осточертела эта странная пара, упрямо отрицающая очевидное. Он что-то буркнул себе под нос.
- Что ты сказал? - подняла глаза Маргаритка.
Низушок не выдержал:
- Курва мать! - заорал он так, что от леса отразилось эхо. - Курва мать, вот что я сказал!
Маргаритка заметила Корина, выглянувшего из ворот сарая. Вот же черт, подумала она.
- Не ори так, - холодно заметила она. - Не надо шоу, все всё слышат…
Никто ничего не слышал. Ведь разговаривали они тихо, если не считать последнего вопля Фродо; но Маргаритка и сама была в бешенстве.
- Знаешь что? - прошипел низушок со злостью, но теперь и вправду тише. - Осточертели вы мне, и ты, и он тоже. Вот как взрослые люди могут…
- Именно, - перебила она его. - Взрослые люди… Пойми, мы оба уже…
- Вот как будто слышу его самого, - продолжил за нее Фродо. - Эх, что тут говорить, два сапого пара. Ты когда-нибудь говорила ему? - неожиданно спросил он.
- Это что же? - буркнула Маргаритка, лицо ее потемнело.
- А то, о чем почти что проговорилась только что…
Нет, никогда и ничего не сказала. В этом союзе не было места словам, в соответствии с молчаливым договором, который они соблюдали. Были только лишь мгновения тепла и экстаза, без слов и деклараций. Короткие мгновения, когда кроме них двоих внешний мир не существовал. Мгновения забытья, которые никто из них не осмеливался называть счастьем. Они не отважились бы признать это, даже друг перед другом.
Так что ты знаешь, Фродо — подумала женщина. - Да что ты там знаешь…
- Знаю, что вы все портите, - Фродо говорил тихо, не глядя на женщину. - Эти ваши позы ро отношению ко всему миру и в отношении друг друга. Ведь все же закончилось, все то, что было важным и настоящим. А теперь осталась одна повинность, один лишь долг…
Низушок вытащил смятую пачку.
- Хочешь? - подсунул он ее Маргаритке.
Та отрицательно покачала головой.
Фродо выудил едва живую сигарету, но сейчас только крутил ее в пальцах.
- Блин, вот совершенно не не знаю, что еще сказать…
- Тогда, лучше, ничего и не говори, - быстро перебила она его. - Не твое…
Треснула лопнувшая папиросная бумага, посыпался крупно нарезанный русский табак.
- Не твое собачье дело? - договорил за нее Фродо, тихо, как бы печально. - Да, ты права… Не мое.
Только тогда, когда Маргаритка это услышала, она почувствовала себя по-настоящему паршиво. И, что самое гадкое, она не знала, что ответить.
А хорошего ответа и не было. Ведь все это не от меня зависит, - пришла ей в голову мысль. Все это не так, как думает Фродо. Только не могла она забыть напряженного лица низушка, его взгляда, когда он глянул ей в лицо. Он ошибался. Не могло быть так. Я в этом уверена.
- Знаешь, мне казалось, что у меня тоже есть шанс. Что таким образом… - Слова падали тяжело и медленно. - Что он заберет меня с собой. И тебя, и меня… Он ведь может…
Фродо поглядел на нее.
- Мне и самому иногда все осточертевает. Да что я говорю, мне все осточертело уже постоянно, вовсе не иногда. Слушай, а ты должна… Должна его убедить; ведь такое не повторится, ты не можешь пустить это понапрасну… Вы не можете…
И действительно, подумала Маргаритка. Никто не подарит им второго шанса, во второй раз не появится офицер шведской разведки с неожиданным предложением. И что с того, что это предложение было направлено не ей.
- Так что с того? - произнесла она вслух. А я ведь ничего не значу… Даже для него, подумала она при этом. - И что он просил тебя передать? - резко спросила Маргаритка. - Ну, говори.
Какое-то время Фродо молчал.
- Неважно, - наконец-то начал он. - Это неважно, что он просил передать. Важно то, что скажу тебе я…
Маргаритка отрицательно покачала головой еще до того, как коротышка закончил. Фродо не обратил на это ни малейшего внимания.
- Скажи ему, наконец, то, что чуть нее сказала только что. Скажи, перестань уже прятаться под этой своей маской. Перестань притворяться. Может быть, тогда… Ты же знаешь, что он первый.