Он вдруг порывисто обнял ее и смял губы таким страстным поцелуем, что у нее закружилась голова. Камилла невольно ухватилась за него, чтобы устоять на ногах, а когда Хантер наконец оторвался от нее, испугалась выражения, которое прочла в его глазах.
– Тебе лучше уйти отсюда поскорее, – посоветовал он охрипшим голосом. – Я не уверен, что смогу справиться с собой…
Камилле в самом деле стало страшно. Она попятилась от него, но Хантер внезапно схватил ее за руку.
– Приходи сюда опять завтра вечером, Камилла.
В его голосе ей слышалась мольба.
– Ну… я не знаю, Хантер.
– Давай договоримся так: если ты не придешь, я буду знать, что ты больше не хочешь со мной встречаться.
И опять Камилла заставила себя вернуться в настоящее. По ее лицу вновь потекли слезы. Если бы только… Если бы она в ту ночь рассталась с Хантером навсегда! Но на следующий вечер она вернулась. Она всякий раз возвращалась на это место их тайных свиданий на берегу Рио-Эскондида!
Под кровавой сентябрьской луной Хантер похитил ее сердце и ее невинность. Нет, это было неправдой. Он ничего не крал, ему незачем было красть! Она с радостью сама отдала ему все, о чем он просил.
– О, Хантер, почему я до сих пор тебя люблю?! Почему не могу забыть нашего недолгого счастья?!
Глубокое, мучительное рыдание рвалось из груди Камиллы. В эту ночь ей не суждено было уснуть: слишком много воспоминаний разом нахлынуло на нее.
7
Камилла снова поднялась с постели и подошла к окну. Улицы были темны и пустынны; все в Сан-Рафаэле спали – все кроме нее. Ей никак не удавалось выбросить из головы непрошеные мысли, прогнать неотвязные образы прошлого.
Прижавшись лбом к жесткой парчовой шторе, Камилла вновь почувствовала себя одинокой шестнадцатилетней девочкой, доверчиво раскрывшей свое сердце навстречу первой любви.
– О, Хантер, какой дальний путь я проделала с тех пор и как мало при этом узнала! Стоило мне оказаться дома, и в первый же вечер я угодила прямо к тебе в капкан. Как же такое могло случиться?!
Камилле много пришлось в жизни выстрадать, но никакая боль не могла сравниться с той, что сейчас раздирала ей сердце. Еще вчера ей казалось, что она наконец нашла для себя верную дорогу, и вот – заплуталась окончательно…
Взглянув на положение луны, Камилла убедилась, что едва перевалило за полночь, хотя она была уверена, что времени прошло гораздо больше. Пришлось снова лечь в кровать, сознавая, что впереди у нее долгие часы бессонницы. Много лет она пыталась забыть Хантера, но теперь поняла, что придется вновь пережить в памяти все события, приведшие к ее отъезду из Сан-Рафаэля пять лет назад. Бесполезно бороться и гнать от себя воспоминания: ее мысли уже унеслись в прошлое.
Как прекрасна была та осень! Каждую неделю она хоть раз, но непременно встречалась с Хантером на берегу реки. До чего же она была наивна! Как безумно влюблена!
Камилла вспомнила один случай, когда он пришел на свидание с букетом маргариток и вплел цветы ей в волосы. В тот вечер он впервые заговорил с ней о своем будущем. Теперь, оглядываясь назад, она не могла понять, зачем Хантеру понадобилось изливать душу глупой шестнадцатилетней девчонке, когда к его услугам были женщины постарше и гораздо более искушенные.
– Чего ты хочешь от жизни, Камилла? – спросил он тогда, растянувшись на земле и положив голову ей на колени.
– Не знаю… Я как-то пока не задумывалась о будущем. Сантос говорит, что я еще слишком молода и сама не знаю, чего хочу… А чего хочешь ты?
– Мне бы хотелось работать на ранчо, но боюсь, у отца иные планы на мой счет, – признался Хантер.
– Например?
– Ты, наверное, решишь, что я спятил, но, мне кажется, он готовит меня к политической карьере. Хочет сделать из меня конгрессмена!
– А что? Ты мог бы стать отличным конгрессменом!
– Это совсем не то, что мне нужно, но отцу безразлично, чем я хотел бы заниматься. Я его единственный сын, и мне полагается воплощать в жизнь его честолюбивые мечты, раз уж он не смог осуществить их сам. У него всегда была склонность к общественной жизни, и он никак не хочет признать, что у меня ее нет. В душе я – простой скотовод, вот и все.
– Почему же ты не скажешь об этом отцу?
Хантер опустил глаза, но Камилла успела заметить мелькнувшую в них боль.
– Мой отец слушает только себя. Ничье мнение его не интересует. И уж меньше всех – мое.
– Но никто не имеет права навязывать другим свою волю! Раз ты не хочешь заниматься политикой, значит, надо прямо сказать ему об этом.
– Держу пари, ты бы выложила ему прямо в лицо все, что думаешь, правда, Веснушка?
– Не знаю. Твой отец иногда кажется таким свирепым… Мне бы не хотелось столкнуться с ним лицом к лицу.
– Наклонись поближе, я хочу тебя поцеловать, – сказал Хантер.
Он обнял ее за шею и притянул к себе. Губы Камиллы невольно раскрылись навстречу его губам, все ее тело вспыхнуло огнем. Мгновенным движением, заставшим Камиллу врасплох, Хантер опрокинул ее на спину, и они оказались лежащими рядом на траве. Не прерывая поцелуя, он провел обеими руками по нежной округлой груди.
– Я хочу тебя! – прошептал он, осыпая ее лицо страстными поцелуями.
Камилла почувствовала, как он расстегивает крючки у нее на платье. Его рука коснулась ее обнаженной груди; она хотела отстраниться, но не смогла.
– Вчера ты опять снилась мне, Камилла, – сказал Хантер.
Он наклонился и тихонько поцеловал ее в ложбинку между грудей. Камилла ощутила сладкую дрожь, прокатившуюся по всему телу.
– Расскажи, что тебе снилось, – прошептала она, задыхаясь.
Надо было его остановить, но у нее не было ни воли, ни желания сопротивляться. Хантер обхватил ладонями ее груди и прижался щекой к ее щеке.
– Мне снилось, что мы с тобой здесь, на берегу, и ты отдаешь мне всю себя целиком, – его голос стал совсем глухим от волнения. – Мне снилось, что мы всю ночь занимались любовью! Даже во сне я не могу тебя забыть, Камилла. Можно подумать, что ты навела на меня порчу…
Камилла почувствовала, что в ее теле пробуждается что-то неведомое. Она не отпрянула, когда Хантер положил голову ей на грудь, и не воспротивилась, когда его рука двинулась вверх по ее ногам, задирая юбку.
– Я не должен этого делать, Камилла, но остановиться не могу! – теперь в его голосе звучала мука неутоленной страсти. – Только ты можешь сделать меня счастливым… Но, овладев тобой, я уничтожу именно то, чем больше всего восхищаюсь!
Смысл его слов так и остался для нее непонятен; она лишь чувствовала, что нужна Хантеру, и готова была с радостью отдать ему все, что он хочет.
Вдруг Хантер резко оттолкнул ее и вскочил на ноги. Камилла в полной растерянности следила за его движениями.
– Лети домой, пока не поздно, птенчик, а не то я обожгу твои крылышки! – прорычал он так грозно, что Камилла испугалась.
Дрожащими пальцами она принялась торопливо застегивать платье. Ей было мучительно неловко. Теперь, после всех тех вольностей, что она ему позволила, Хантер наверняка сочтет ее неразборчивой и бесстыжей! Может быть, начнет ее презирать…
Хантер уже пришел в себя и крепко сжал ее руку.
– Не надо меня стыдиться, Камилла. Если кто и должен опускать глаза, то только я один! Но тебе вообще не следовало сюда приходить. Неужели ты не понимала, что это могло случиться?
– Нет, такого я не ожидала. Мне просто хотелось побыть с тобой…
Хантер долго смотрел ей в лицо испытующим взглядом.
– Ты молода, и я знаю, что через несколько лет ты станешь еще красивее. Завидую тому, кто возьмет тебя первым, Камилла: ведь он станет твоим мужем. Возвращайся домой и жди того, кто предложит тебе руку и сердце! Увы, это буду не я…
Камилла покачнулась, словно он нанес ей смертельный удар. Так, значит, она не нужна ему! Он просто не знает, как от нее избавиться…