Возвращаясь домой и перебирая в уме события дня, Камилла решила, что ей есть чем гордиться. Она вступила в открытую схватку с Хантером и выстояла! Она вовсе не была уверена, что в следующий раз ей снова удастся одержать победу, но зато она ясно дала понять Хантеру, что может за себя постоять.
Но надо же, они оба – и Хантер, и Сантос – смели говорить, что ей следует сидеть дома и вязать носки! Нет уж, дудки, не дождетесь! На ее плечах лежит мужская ответственность, и все трудности она встретит лицом к лицу. Хантеру больше не удастся одолеть ее с такой легкостью, как тогда в гостинице. Силе она противопоставит силу, и ему придется с этим считаться!
Камилла сидела одна за громадным обеденным столом. Дом казался пустым и заброшенным. Интересно, что делает сейчас Антония? Спит, конечно: ведь уже поздно…
Отодвинув нетронутый ужин, Камилла прошла в кабинет. Почему-то сейчас ее одиночество ощущалось особенно остро. И зачем она вернулась домой?! Никто не обрадовался ее приезду, кроме Сантоса, его семьи и Джанет. Но ведь еще не поздно! Она может продать Валье дель Корасон Хантеру и вернуться в Новый Орлеан – к спокойной жизни, под крылышко тети Пруденс… В конце концов, почему бы и нет?
Внезапно раздался стук в дверь, и Нелли просунула голову внутрь.
– Пришел человек от мистера Кингстона с письмом для вас, Камилла. Послать его ко всем чертям?
Камилле очень хотелось именно так и поступить, но любопытство взяло верх.
– Разумеется, пошлите его ко всем чертям, Нелли, но сначала возьмите письмо. Все-таки интересно, что понадобилось от меня его хозяину.
Стоя у окна, она смотрела, как посыльный отъезжает от дома под дулом ружья, нацеленного на него Хуаном. Через несколько минут Нелли вошла в комнату и протянула ей письмо.
– Он все твердил, что ему было велено дождаться ответа. Но я ему сказала, что если он будет тут торчать, то дождется только пули.
Камилла улыбнулась.
– Вы стали просто моим сторожевым псом, Нелли. Не знаю, что бы я без вас делала. Я так рада, что вы решили поселиться в Валье дель Корасон!
– Ну… я на это смотрю по-другому. Для меня это был последний шанс начать достойную жизнь. Я век буду вам благодарна за то, что вы меня приютили.
– Мне бы очень хотелось, чтобы этот дом стал для вас родным. Пока я еще могу противостоять Хантеру Кингстону, вам не придется искать себе другое пристанище.
– Я уверена, что вы одержите победу в этой борьбе, Камилла. Ведь правда на вашей стороне!
Камилла взглянула на конверт, надписанный столь памятным ей крупным почерком.
– Может, правда и на моей стороне, но она едва ли поможет мне одержать победу, Нелли. На стороне Хантера сила – а это значит, что мне придется привлечь на свою сторону хитрость…
Нелли ободряюще улыбнулась и вышла из комнаты. Рука Камиллы задрожала, когда она сломала печать и прочла:
«Камилла, не кажется ли тебе, что нам пора перестать ссориться?
Настало время поговорить. Если ты того же мнения, жди меня сегодня в нашем обычном месте.
Хантер».
Задохнувшись от гнева, Камилла скомкала записку и швырнула ее в дальний угол комнаты. Да как он смеет думать, что она побежит к нему на свидание, словно та изголодавшаяся по любви девчонка, какой была когда-то?! Наверняка он что-то задумал, и поэтому надо быть настороже. В первую ночь в Сан-Рафаэле она обнаружила, что по-прежнему беззащитна перед ним. Но уж во второй раз она не позволит застать себя врасплох и ни за что не останется с ним наедине!
Ничего, пусть прокатится к реке и подождет ее! А она тем временем тихо и мирно ляжет спать, позабыв и думать о нем. Если при свете дня она еще сомневалась, правильно ли поступает, продолжая борьбу своего отца, то теперь все сомнения рассеялись. Она будет драться с Хантером, пока один из них не сдастся или не умрет! И тогда уже будет все равно, кто победил…
Задув лампу, Камилла медленно поднялась на второй этаж. «Ничего ужасного не происходит, – говорила она себе. – Надо переждать всего несколько коротких дней: скоро сюда приедет тетя Пруди с Антонией, и тогда мне уже не будет так одиноко».
В спальне ее ждала разобранная постель, ночная сорочка была аккуратно разложена на подушке. В бессчетный раз Камилла поблагодарила счастливый случай, пославший ей Нелли. В безжалостном мире, где ее окружает столько врагов, надо особенно дорожить друзьями!
Подойдя к окну, она выглянула во двор, погруженный в ночную тьму. Интересно, будет ли Хантер ждать ее у реки? Вот было бы славно, если бы он без толку прождал несколько часов и только потом понял бы, что она не придет!
Отвернувшись от окна, Камилла прислонилась головой к раме и закрыла глаза. В душе она знала, что ей хочется снова его увидеть, и презирала себя за слабость. Ну почему, почему ее по-прежнему тянет к Хантеру?! Как ей избавиться от желания, снедающего тело и душу? Она сама не смогла бы сказать, что чувствует к Хантеру, любовь или ненависть, но вынуждена была признаться себе, что это чувство управляет ее жизнью!
Камилла легла в постель, стараясь отогнать слезы, просившиеся наружу, и вдруг на губах у нее проступила легкая улыбка. Сколько же часов придется Хантеру ждать на берегу реки, пока до него дойдет, что он ждет напрасно?
Хантер нетерпеливо расхаживал взад-вперед. Злость, точившая его изнутри, не отпускавшая ни днем, ни ночью, клокотала и требовала выхода: он прождал уже битых два часа и только теперь понял, что Камилла не появится. Хантер тихонько выругался сквозь зубы. Столько лет прошло, а эта чертовка все еще имела власть над ним!
Осознав наконец, что торчать тут дальше бессмысленно, Хантер подхватил волочащиеся по земле поводья своего коня и вскочил в седло. В сущности, он и не ожидал, что Камилла сразу прибежит к нему: он ее крепко обидел в ту первую ночь в комнате отеля. Хантер не мог понять другое: что удержало его сегодня от попытки силой проложить своему стаду дорогу к реке? Ведь прорвать оборону Камиллы ничего не стоило, людей бы у него хватило…
Угрюмая тень легла на его лицо. Что ж, придется какое-то время по-прежнему возить воду из Эль-Пасо. Но Хантер не сомневался, что очень скоро ему суждено вновь столкнуться с Камиллой лицом к лицу, и тогда один из них либо согнется, либо сломается. Поразительно, но он больше не был уверен в том, кто именно отступит первым. Камилла сильно изменилась. Это была уже не та девочка – юная, нежная и покорная, – которую он когда-то держал в своих объятиях. Теперь она стала красивой женщиной, уверенной в себе, решительной и хладнокровной. Рука, державшая ружье, нацеленное ему в сердце, была тверда и не дрожала.
Заслышав в отдалении топот копыт, Хантер повернулся на звук, и мрачное выражение на его лице сразу сменилось злорадной улыбкой. Оказывается, он переоценил решимость Камиллы: она все-таки поддалась слабости!
Спешившись, Хантер хлопнул своего коня по крупу и направился к берегу, поджидая ее. Слава Богу! Он ведь чуть было не почувствовал себя побежденным… Но теперь она у него в руках. Раз Камилла приехала – значит, сдалась. Он снова был хозяином положения.
Луна светила так ярко, что все было видно, как днем. Когда Камилла подъехала ближе, он смог ее хорошо рассмотреть. На ней были плотно облегающие кожаные штаны для верховой езды и белая рубашка. Черные, как полуночное небо, волосы струились по спине водопадом. Хантер с удивлением заметил, что на руке у нее, на толстой черной рукавице сидит сокол. Тот самый, которого он видел в номере гостиницы.
– А я уж было подумал, что ты не приедешь, Камилла, – лениво начал он.
– Я и не собиралась приезжать, но в конце концов меня одолело любопытство. И зачем, думаю, он меня сюда позвал? Если ты хотел меня видеть, почему не пришел в дом?
– Разве здесь мы не дома? – улыбнулся он. Лицо Хантера было наполовину скрыто тенью, но Камилла чувствовала, как горят в темноте его глаза, буравя ее насквозь. Вскинув голову, она встретила его взгляд с молчаливым вызовом.