— А на чём мы остановились? —густо покраснев, спросил сбитый лётчик.
— Вы говорили надо понять подойдёт она или нет.
— Ага, — пришёл в себя Сеня. И видимо не до конца вспомнив тему доклада, продолжил. — Так вот, если она подойдёт, наступает второй этап. А куда я сказал подойдёт?
— Ну не знаю, к берегу наверное.
Тут Сеня понял, что совершенно не помнит с чего начал. Но положение обязывало закончить доклад. И он сконфуженно выпалил;
— И тогда когда она подойдёт к берегу, вы подойдёте к ней более умело и подготовлено.
Сеня не знал куда деть глаза и руки, и начал с остервенением заправлять в штаны заправленную рубашку.
Мужчина, выслушав беспредельно полезную информацию, глубоко вздохнул. Затем, глядя на суетящегося перед ним непризнанного гения рыбьей психологии приглушённым голосом произнёс:
— Имбецил.
— Наконец-то, —встрепенулся Сеня, — а то стоим тут и не знаем друг друга! Сеня. — он протянул собеседнику руку.
— Витя, — в свою очередь ответил тот.
— Ух ты. Вы что, француз?
— Почему?
— Ну у них же имена двойные, типа Мария-Тереза.
Разговор приобретал интересный оборот, и мужчина решил пошутив, разрядить обстановку:
—Да, я француз. Скажу вам больше, вы угадали весь комплект моих имён. Разрешите представиться Имбецил ВиктОр Мария Тереза.
— Обалдеть! — Сеня открыл рот. — Никогда не встречал такого именитого человека.
Он долго тряс руку мужчины, а потом с явным интересом спросил:
— А вы здесь один?
— Ну отчего ж, за мной обоз.
Сеня недоверчиво посмотрел за спину говорившего:
—А где?
Мужчина улыбнулся:
— Да поотстали чуток. Сами понимаете — провиант, дети. Мы ведь всем поместьем обычно путешествуем.
— А провианта наверное много надо?
— Да в общем, нет. Мы же в основном лягушек едим. А они много места не занимают.
— Лягушек?!
— Ну да, вы рыбу, а мы лягушек.
— И как же вы их ловите?
— Сначала так же как и вы. Знакомимся, угощаем. И когда они начинают есть с рук...
— С рук?!
— Конечно. Так вот, после этого зовём за собой и они идут.
— Прям так и идут?
— Идут. Нам ведь проще. У рыб то ног нет, а у лягушек есть.
— Да, рыба она такая, безногая, — задумчиво проговорил Сеня.
— Точно имбецил, — вслед ему проговорил любитель лягушек.
— Да вы не сомневайтесь, я ваше имя запомнил, — также задумчиво откликнулся Сеня. — а сейчас вы значит место для стоянки разведываете? Ну, чтоб с лягушками?
— Что-то типа того.
— Так вам собака нужна. Разведчик без собаки как без рук.
— Собака есть. Она где-то вон в тех кустах охотится.
— Собака-то хорошая? — участливо поинтересовался Сеня.
— Породистая, — ответил мужчина и посмотрел на пробегающую вдалеке лошадь.
Сеня проследив за его взглядом усмехнулся:
— Вот вы французы странные. Я ему про собак, а он про лошадь. Тем более, это конь. Зовут Йорик, наш колхозный.
— Вы меня неправильно поняли. Я имел ввиду — собака породистая.
— А разве такие бывают? —искренно удивился Сеня.
— Да, у меня, например, такса.
— А, я понял! Это те, которых в аренду за деньги.
Мужчина удивлённо поднял брови. Что не ускользнуло от внимания крайне заинтересованного представителя деревни Умнычи.
— Вы же сами сказали — такса. А у слова такса одно значение — цена. Я ведь прав?
— Да... — обреченно вздохнув, ответил владелец арендованного животного. — Интересно, а вы как собак различаете?
— Очень просто. Есть хорошие собаки, а есть плохие.
«Вот уж действительно, простота хуже воровства». — Подумал Имбецил ВиктОр Мария Тереза, а вслух продолжил:
— Я всегда считал, что породистые и хорошие собаки — это слова синонимы.