Отключив камеру, я проверил запись на планшете, нормально получилось, и двинулся дальше. В танке уже рвались снаряды, огонь и до них добрался. Я пробежался, по пути поймав коптер. Снова зарядил, спустив что было в моем источнике, но до полного, и снова отправил его в небо. С помощью коптера я и приметил машину. Хм, гражданская жёлтая «копейка», на обочине стоит. Ехали явно от Марьинки на Курахово. Подогнав дрон к автомобилю, только поморщился, расстреляна, пассажиры и водитель внутри. Я по трассе от опорного пункта километров на пять уехал, и вот ещё два до машины. Судя по запаху, не первый день лежат, и всем всё равно, колонны тут так и шныряют. Не мешает и ладно. Впрочем, я тоже мимо прошёл. Стоит отметить, с момента боя эта трасса как была пустой, так и осталась. Коптер показывал солдат с батареи «Гвоздик», выживших. В одной группе шестеро и трое одиночек, может, ещё кто выжил, но я видел только этих, по полю шли. Их дорога явно пугала, и уничтожение моего танка если не видели, то слышали, вот и держались от трассы подальше. А так никого, ни в одну сторону. Они издеваются? Где мне технику искать? Вот так и бежал. На довольно приличной скорости к окраинам Курахово. Там ещё один блокпост, постараюсь затемно добраться и машину добыть. А пока до расстрелянных «жигулей» шёл, связался с особистом. Всё равно знает наверняка, где я. Ответил тот вполне бодрым голосом, явно не спал:
– Доброй ночи, товарищ капитан.
– Доброй, больной. Почему постельный режим нарушаем, по украинским тылам шастаем?
– Знаете уже? Так ваше же распоряжение выполняю.
– Моё?! – явно изумился тот.
– Вы мне сказали, отдыхай, развлекайся. Вот я и развлекаюсь.
– Ну тут мои слова можно как угодно трактовать. Комбату не позвонил, молодец, ранило его осколком, он в госпитале. Только что операция закончилась. Докладывай, что успел натворить.
– Перешёл передовую…
– Знаю уже, как перешёл. Выговор уже получил.
– В общем, вышел к опорному пункту, там танк, грузовик и двадцать айдаровцев. Они бухие и под наркотой. Работал ножом и пистолетом, трофей взял, «Глок» с глушителем, есть запись работы. Могу скинуть.
– Давай, я подключён к ноуту.
Отправив все записи, я продолжил:
– У преступников в форме две девушки были в плену. Сами понимаете, через что им прошлось пройти за эти четыре дня. Было трое, но одну убили. Освободил. Тут обнаружил трофейным коптером нашу ДРГ, что шла к передовой. Оснастил вещами и отправил девчат к ним. Встретились нормально, тут колонна на дороге, я и решил бить, да батарею «Гвоздик» рядом. Шесть танков, двадцать шесть грузовиков, три гаубицы уничтожены и порядка взвода пехоты. Потерял часть трофеев ответным огнём танков, смог уйти, целей больше не было, тут меня и атаковал беспилотник. Причём наш. Чудом первая ракета мимо, ходовую только разбила, я выскочил из танка, тут и второй прилетело. Горит красиво. Вещи внутри сгорели. Танк жалко, «восьмидесятка», у нашей армии таких нет, в батальоне у меня бы только был. Спрятал бы, а как освободили эти места, забрал. Иду к Курахово, план найти установки «Точка-У» и уничтожить вместе с расчётами.
– Так, мне скачалось всё… Что по плану, у нас армия добровольная, ты не на службе, да и честно сказать, одобряю твоё решение. Надеюсь, у тебя получится. Информацию у пленных будешь добывать?
– Ну а у кого же?
– Добро. Кстати, ты познакомился с Маслюковыми.
– Это кто?
– Ирина и Маша.
– А ну да, мои девчата.
– Ты в курсе, что Ирина была замужем за офицером полка «Азов»?
– О как? До этого мы не доходили ещё. Сказала, что разведена.
– Это официальная версия такая. Кинула она его и сбежала к нам, захватив единственную родственницу, о которой заботилась, дочка родного брата. Он с супругой погиб девятого мая в Мариуполе, когда колонну демонстрантов расстреливали нацбаты. Обоих одной пулей.
– Как же она вышла за преступника?
– А он скрывал. Узнала поздно, после свадьбы. Полгода прожили и сбежала. Причём кинула его, хватило открыть магазин. Популярное место, моя жена там шторы заказывала. Два года уже как гражданка ДНР. С нашими сотрудничала, ничего не скрывала, проверена со всех сторон. Предположительно муж её сейчас в Мариуполе блокирован, но это не точно. Полк «Азов» на две части разделён был, одна в Мариуполе, другая в Запорожье сейчас.