– Это «Грады» и гаубицы!
– Сволочи!
– Фашисты!
– Твари!
Пожилой мужчина выглянул на мгновение наружу и сказал, повернувшись к толпе:
– Кажись, на Штеровке дым.
Ольгу Борисовну как будто ударили в самое сердце. Её дом был на Штеровке. Стуча тростью по бетонному полу, она прошла сквозь толпу и выглянула наружу. Действительно, в той стороне, где находился её дом, поднимались к небу чёрные клубы дыма.
Ольга Борисовна, не обращая внимания на предупреждающие крики оставшихся позади людей, поспешила в направлении этих чёрных сигналов опасности. Она шла быстрее, чем обычно, невзирая на боль в колене, её сердце бешено колотилось в горле и порывалось выпрыгнуть наружу.
Пока она шла, обстрел прекратился.
«Нет, – говорила себе Ольга Борисовна, – это горит не мой дом. Там ведь Таня! Она спит. Конечно, она проснулась и спряталась в подполе. Господи, пронеси», – молила старуха.
Но Господь не пронёс свою чашу мимо её и Таниных уст. Через час, поворачивая на Штеровку, Ольга Борисовна поняла, что катастрофа произошла именно с ней. Точнее, с её домом. И с Таней.
Её дом лежал в руинах. Всё, что могло в нём сгореть, сгорело, и чёрный дым, устремлявшийся к небу, сделался серым. Возле дома стояла красная пожарная машина, суетились, таща за собою шланги, пожарные.
Ольга Борисовна остановилась возле дома и смотрела на развалины.
– Отойди, бабка, – сказал пожарный с лицом, покрытым копотью. – Зашибём нечаянно. Мешаешь!
– Это мой дом, – едва шевеля губами, сказала Ольга Борисовна. Трость и хозяйственная сумка выпали из её рук в дорожную пыль. И она села в эту пыль рядом с ними. – Это мой дом, и в нём – Таня!
– Уберите бабку! – заорал кому-то пожарный. – Бабку уберите, мать вашу!
Тотчас чьи-то руки подхватили Ольгу Борисовну под локти, подняли с земли, отряхнули от пыли её платье, сунули в руку трость и повели прочь от дома. Она оглядывалась на дымящийся, развороченный взрывом дом и шёпотом кричала:
– Там Таня! Пустите! Спасите Таню!
И чей-то густой голос над её ухом гудел:
– Нет Тани! Прямое попадание. Всё в мелкие клочья. Соболезную! Прямое попадание. Ничего не осталось.
Старуха обратила к говорившему мужчине лицо, залитое слезами, не узнавая в нём соседа, жившего в доме рядом:
– Там Таня! Спасите Таню!
И тут с другой стороны заговорил женский грудной голос:
– Тихо, Борисовна, тихо! Таню убило. Я в окно видела. Она во дворе стояла, а потом вошла в дом. И тут ударило.
Ольга Борисовна повернула лицо к говорившей женщине, не узнавая в ней жену соседа.
– Надо ей позвонить! – догадалась она.
– Кому?
– Тане! Может, она в подполе спряталась. – И Ольга Борисовна растерянно поглядела на свои руки. – Телефон! В сумке был телефон.
– Вот ваша сумка. Я её держу, – отвечала соседка. – Только некому звонить.
Трясущимися руками, прислонив к бедру трость, Ольга Борисовна шарила в недрах сумки, нащупывая телефон. Она нашла его и принялась нажимать кнопки. Но телефон молчал.
– Связь легла, – сказала соседка. – Кабель перебит. У вас, Борисовна, есть кто-нибудь из родственников, куда вам пойти?
– Таня! – сказала Ольга Борисовна. – Кроме внучки у меня никого нет.
Вдали что-то грохнуло и треснуло.
– Рая! – заорал сосед жене. – Быстрее! В машину!
– Едемте с нами! – решила соседка. – Там разберёмся, куда вас. Едемте прямо сейчас. Здесь нас поубивают.
И Ольгу Борисовну запихнули в автомобиль на заднее сиденье, рядом села соседка Рая, а на переднем сиденье был десятилетний мальчик с испуганным бледным лицом.
– У вас паспорт при себе или дома остался? – спросила Рая.
С тех пор как началась война, выходя из дома, Ольга Борисовна всегда брала с собой паспорт. Она пошарила трясущимися пальцами в глубоком кармане юбки, вынула паспорт и показала его Рае.
– Спрячьте и не потеряйте! Это важно!
Ольга Борисовна послушно вернула паспорт в глубину кармана. Она сидела на каких-то узлах, почти упираясь головой в крышу машины.
Прибежал Коля, муж Раи, плюхнулся на сиденье и нажал на сцепление. Над их головами с треском порвали коленкор неба.
– Бля-я-я-я! – заорал Коля и поддал газу.
Ольга Борисовна долго сидела, недоумевая, куда и зачем её везут. Наконец она повернулась к Рае и сказала:
– Там ведь Таня! Надо её спасти! Остановитесь! Поверните назад!
– Заткни её, Райка! – заорал Коля. – Заткни её, а то я выкину её вон! – И он разразился таким фонтаном отборного мата, что даже перекрыл на несколько секунд грохот и треск над головой.