А ведь тот наверняка сейчас вторую ракету пустит, видя, что первая меня не поразила. Сбитая гусеница, это ни о чём. Так что я мигом выпрыгнул из танка, пульт управления коптером прихватил, и побежал прочь. Едва на сотню метров отбежал, как добили мой танчик. Хорошо зарядили, танк стоял, задрав корму, в неё и попали. Полыхал красиво. Встав, отряхиваясь я направился прочь, все вещи сгорели в танке, и достав одну из камер, вторая в танке горит, эта в кармане была, и включив, направил на себя, но так чтобы танк горевший за спиной видно было, и сказал:
— Что я скажу? Уничтожил опорный пункт с двумя десятками нелюдей из «Айдара», захватил танк, «Т-восемьдесят», редкая машина. На опорном пункте встретил колонну войск ВСУ, около батальона, с шестью танками шли от передовой в свой тыл, и также рядом с опорным стояла батарея «Гвоздик», не полного состава, три машины. Открыл огонь по колонне, уничтожил танки, все шесть, «Гвоздики», вместе с расчётами, все грузовики, пехоту потрепал, думаю больше взвода, фугасами по ним бил. Когда закончил, погнал в тыл нацистам, у меня тут дела. И был атакован своим же беспилотником. Что я скажу. Мо-лод-цы! От первой атаки едва ушёл, гусеницу ракета сбила, успел выскочить из танка, как вторая достала. Сейчас три часа утра, двадцать седьмого марта, в шести километрах от Курахово, трасс на Марьинку. В первую минуту, я очень хотел оператора этого беспилотника повидать, и натянуть глаз… Поблагодарить его за профессионализм. Все мои вещи в танке горят. Я русский офицер, но нахожусь на излечении, вот рука повреждена, гипс, поэтому прогулка в тыл противнику, сам себе поставил задачу уничтожать артиллерийские батареи, что бьют по Донецку, начало положено, три «Гвоздики» сгорело, поэтому я взял с собой личные вещи, все служебные, включая оружие, оставил дома. Проблем нет, я вполне себе новые куплю, но мне они нужны ни когда-нибудь потом, а сейчас. И главнее, никто невиноват, я начальству не сообщал о своём решении, мне приказали отдыхать и веселится, я и нашёл где могу повеселится. Так что продолжу. Теперь придётся бандерлогов искать, у них всё добывать. То, что добыл на опорном пункте, там же и сгорело от ответного огня украинских танков, как и мой велосипед. Это пока всё на сегодня.
Отключив камеру, я проверил запись на планшете, нормально получилось, и двинул дальше, пока в танке рвались снаряды, огонь и до них добрался. Пробежался, по пути поймав коптер. Снова зарядил, спустив что было в источнике, но до полного, и снова отправил его в небо. С помощью коптера я и приметил машину. Хм, гражданская, жёлтая «копейка», на обочине стоит. Ехали явно от Марьинки на Курахово. Подогнав дрон к машине, только поморщился, расстреляна, пассажиры и водитель внутри. Я по трассе от опорного пункта километров на пять уехал, и вот ещё два до машины. Судя по запаху, не первый день лежат, и всем всё равно, колонны тут так и шныряли. Не мешает и ладно. Впрочем, я тоже мимо прошёл. Стоит отметить, с момента боя эта трасса как была пустой, так и осталась. Коптер показывал людей, солдаты, это с батареи «Гвоздик» выжившие. В одной группе шестеро и трое одиночек, может ещё кто выжил, но видел только этих, по полю шли. Их дорога явно пугала, и уничтожение моего танка если не видели, то слышали, вот и держались от трассы подальше. А так никого, ни в одну сторону. Они издеваются? Где мне технику искать? Вот так и бежал. На довольно приличной скорости к окраинам Курахово. Там ещё один блокпост, постараюсь затемно добраться и машину добыть. А пока до расстрелянных «жигулей» шёл, связался с особистом. Всё равно знает наверняка где я. Ответил тот вполне бодрым голосом, явно не спал:
— Доброй ночи, товарищ капитан.
— Доброй, больной. Почему постельный режим нарушаем, по украинским тылам шастаем?
— Знаете уже? Так ваше же распоряжение выполняю.
— Моё?! — явно изумился тот.
— Вы мне сказали, отдыхай, развлекайся. Вот я и развлекаюсь.
— Ну тут мои слова можно как угодно трактовать. Комбату не позвонил, молодец, ранило его осколком, в госпитале. Только что операция закончилась. Докладывай, что успел натворить.
— Перешёл передовую…
— Знаю уже как перешёл. Выговор уже получил.
— В общем, вышел к опорному пункту, там танк, грузовик и двадцать айдаровцев. Они бухие и под наркотой. Работал ножом и пистолетом, трофей взял, «Глок» с глушителем, есть запись работы. Могу скинуть.
— Давай, я подключён к ноуту.
Отправив все записи, продолжил:
— У преступников в форме две девушки были в плену. Сами знаете через что им прошлось пройти, эти четыре дня. Было три, но одну убили. Освободил. Тут обнаружил трофейным коптером нашу ДРГ, шла к передовой. Оснастил вещами и отправил девчат к ним. Встретились нормально, тут колонна на дороге, я и решил бить, да батарею «Гвоздик» рядом. Шесть танков, двадцать шесть грузовиков, три гаубицы уничтожены, и порядка взвода пехоты. Потерял часть трофеев ответным огнём танков, смог уйти, целей больше не было, тут меня и атаковал беспилотник. Причём наш. Чудом первая ракета мимо, ходовую только разбила, я выскочил из танка, тут и второй прилетело. Горит красиво. Вещи внутри сгорели. Танк жалко, «восьмидесятка», у нашей армии таких нет, в батальоне у меня бы только был. Спрятал бы, а как освободили эти места, забрал. Иду к Курахово, план найти установки «Точка-У» и уничтожить вместе с расчётами.