— И даже чудом? — спросила Кузя.
Бестия покачала косматой головой.
— Чудес не бывает, пора бы знать. Обращать необратимое вспять не умеем ни мы, ни ангелы.
Макар не удержался и громко хмыкнул.
— Но тогда ваша магия и есть технология, просто нам она пока неизвестна.
— Можно сказать и так, — согласилась чертовка. — Но как ни назови, результат один — в наши сети попадает всё меньше человеков. Магическая экономика в глубоком кризисе; и было бы странно, если бы никто не задумался о новом переделе.
— Знакомая история, — кивнул Николай. — И у вас всё, как у нас, и у нас всё, как у вас. Кормовая база истощается, экономику лихорадит. Хищники начинают искать новую жертву.
— Мы не жертвы! — вскинулась чертовка. — Инферно Элизиуму не по зубам!
— Аналогично, — усмехнулся Николай, — и у нас всё то же самое.
3
Чертовка посмотрела на него с интересом.
— А у вас кого хотят дерибанить?
— Собирались Россию и Украину, — ответил Николай, — но обломались. Теперь Китай хотят нагнуть. А ещё присматриваются к Ближнему востоку. Хотя и в Южной Америке есть что грабить, и в Африке. Сегодня вся Земля — территория повышенной опасности.
— Да, — кивнула чертовка, — я всегда подозревала, что наши миры развиваются синхронно. А все восторги по поводу «конца истории»3 — лишь влажные фантазии расслабленных «снежинок». Не понимаю, как можно было повестись на такое?
— Элементарно! — ответил Макар. — Это законы Мура и Хауса4 всех очаровали и расслабили. Жизнь казалась нескончаемым праздником, «безумным чаепитием»,5 где можно менять грязные чашки на чистые, не заботясь о том, что чистая посуда уже подходит к концу.
Бестия недовольно поморщилась.
— Давай обойдёмся без философии. Объясни простыми словами, в чём проблема.
— В том, что чистая посуда уже кончается, и это сильно напрягает всех участников чаепития. Современная цивилизация изначально строилась как пирамида, требующая постоянного притока свежих ресурсов. Но их уже не хватает на всех желающих.
— А ещё проще можешь? — спросила чертовка.
— Куда уж проще. Ты же понимаешь, что развитие зависит от финансирования — чем больше вложишь, тем мощнее выхлоп. Предыдущая версия цивилизации вкладывала в развитие «излишки», которых всегда не хватало. А наша цивилизация придумала гениальный ход — давать в рост несуществующие деньги, то есть не обеспеченные ни золотом, ни товарами. В расчёте на то, что вложенные средства отобьются и вернутся с лихвой. Некоторые проекты прогорали, но большинство окупалось; товарная масса приумножалась и взятые в долг деньги возвращались с процентами. Они вновь вкладывались в развитие, вновь умножались, и конца этому было не видно. Случалось, конечно, что количество несуществующих денег превышало критическую массу; но такие кризисы удавалось потушить за счёт грабежа колоний. С ними особо не церемонились — или просто отбирали и вывозили всё ценное, или принуждали продавать ресурсы за гроши, дабы сделать эти товары обеспечением «излишней» денежной массы. А потом произошёл технологический взрыв — вложения в науку, наконец, принесли свои плоды. Казалось, что уже и грабить никого не нужно; новые научные открытия обеспечат необходимый приток средств в пирамиду цивилизации. «Электрон неисчерпаем»,6 закон Мура рулит. И тут вдруг случилось страшное — чистая посуда закончилась. Экономика уперлась в физику. Технологии вплотную уперлись в ограничения физических законов — нельзя бесконечно уменьшать шаг в микросхемах, нельзя превысить скорость света, нельзя пренебречь неизбежными выделениями тепла. Привет от демона Максвелла. А цивилизация ссудного процента рассчитана только на лавинообразное умножение, без этого вся пирамида рухнет. Значит что? — значит, надо вернуться к старому проверенному средству — грабежу. Выбрать страну с огромными внешними активами и внутренними ресурсами, богатую нефтью и газом. Годами вести во всех подконтрольных СМИ кампанию, демонизирующую будущую жертву; выплескивать на неё непрерывный поток обвинений, как обоснованных, как и откровенно абсурдных. Настроить соседей против жертвы, вооружать их, обучать их военных. Всячески мотивировать их на конфронтацию, обещая членство в союзах и блоках потенциальных победителей. Да ты и сама всё это видела, никто же ничего не скрывал.
— Но ведь очевидно, что ничем иным безумное чаепитие и не могло закончиться. Неужели никто этого не понимал? — спросила чертовка.
— Все понимали, — ответил Макар, — но надеялись, что на их век чистых чашек хватит.
4
Какое-то время друзья сидели молча. Обычный алгоритм действий «от "кто виноват? " до "что делать? "» дал сбой. Потому что здесь виновных не было; в рамках системы все действовали единственно возможным образом. Червоточина была изначально заложена в самой системе.