— А я?
— Ты на локомобиле здесь. Если за нами будет погоня, вы с Ремусом поддержите нас из картечницы.
Доменико недовольно поджал губы, но спорить не стал. Управлять локомобилем умеем только мы с ним, так что больше здесь оставить некого. Других комментариев не последовало, так что мы принялись осторожно спускаться. Очень неприятно, что местность с севера от поселка такая пустынная — мы сейчас у тех, прячется в домах как на ладони, взбреди им в голову смотреть в нашу сторону. Однако неизвестный противник умело удерживает их внимание. И я уже догадываюсь, кто это может быть — скорее всего, старик. Судя по манере «один выстрел — один труп». Очень вероятно, что вместе с ним — те двое парней, которых мы оставили охранять домину Петру. А, значит, стрелки в форме скорее всего нам не друзья. Но убедиться наверняка все-таки нужно.
До середины спуска пробирались очень осторожно, низко пригнувшись, как бы мне ни хотелось побыстрее выяснить, что происходит. Чем ближе мы подходили к поселку, тем больше деталей боя было заметно. Я уже видел, что неизвестные бойцы в форме заняли несколько крайних домов, и не очень-то стремятся выходить наружу. Кто-то пытается командовать, то и дело срываясь на ругань, но бойцы переходить в решительную атаку не спешат. Судя по телам на улице, те, с кем воюют «гости» спуску им не дают. Однако убитые есть не только со стороны непонятных пришельцев — я вижу на улицах тела местных жителей. Кто их убил? Солдаты? Или те, с кем они воюют?
— Парни, останьтесь здесь, — велю я ребятам, — вот эта гряда вроде удобная, можно залечь, и видно из-за нее достаточно. Если нас заметят — прикроете. Только не подстрелите нас случайно!
— Командир, может, не нужно только вдвоем-то идти? — осторожно интересуется Марк. — Мало ли?
— Ерунда, — отмахнулся я. Думаю, Ева бы и сама справилась. Вы знаете, как она сильна. Я с ней только для подстраховки, чтобы в спину не подстрелили!
Не знаю, насколько моя бравада убедила ребят, но спорить никто не стал. На самом деле такой уверенности, как демонстрировал, я не чувствовал. Коленки ощутимо подрагивали, чем ближе мы подходили к месту столкновения, тем страшнее становилось. Очень уж не хотелось поймать пулю — а вероятность такого, как ни крути, была велика. Стреляли часто и много, не экономя патроны. Да и в целом как-то бестолково. Я — тот еще вояка, но судя по отдельным доносившимся выкрикам, парни в форме не очень-то понимают, что делать.
Минут десять у нас с Керой ушло на то, чтобы подобраться непосредственно к поселку. Вблизи стало ясно, что убитых гражданских гораздо больше, чем нам казалось глядя с гребня. Во многих домах выбиты двери, разбиты окна. Живых не видно — такое впечатление, что поселок опустел. Я с тревогой вглядывался в убитых, опасаясь увидеть кого-то из своих, но пока обходилось. Хотелось бежать к тому дому, где мы остановились, но сейчас это точно не ко времени.
— Пожалуй, стоит обойти поселок, — прошептал я девушке. — Если пойдем по улице, нас точно заметят.
— Я могу попробовать притащить пленного сама, — предложила Кера, но уверенности в ее голосе я не услышал.
— Нет, пойдем вместе. Видишь тот сарай? — указал я на постройку, из которой время от времени постреливали, но не то, чтобы слишком часто. — Похоже, там кто-то есть, но едва ли их много. Скажешь точнее?
— Не скажу. Я их не чувствую, не слышу и даже не вижу, — пожала плечами девушка. — Вернее, вижу, но только глазами Евы, слышу ее ушами. Мои чувства на этих разумных отказывают.
Ничего себе новости. Спрашивать, почему раньше не сказала смысла нет — ответ я уже знаю. «Ты не спрашивал, и это бы ничего не изменило».
— Только тех, что в доме или всех, кто в поселке? — уточнил я.
— Всех этих солдат. — Кера была лаконична, и мне показалось, слегка обескуражена. Видимо раньше ее способности никогда не отказывали. — Жителей чувствую, как и раньше. Но их стало меньше.
— Понятно. Что ж, значит действуем как я и сказал. Если там больше одного… лишних убиваем. — Мысль о том, что это могут быть «хорошие» меня уже почти не посещала.
Вдоль домов пробираться оказалось гораздо проще — достаточно не поднимать голову на уровень окон, и проскакивать открытые пространства. Ну и следить, чтобы не споткнуться о низенькие заборчики, обозначающие скудные огороды.
Окно приглянувшегося мне сарая смотрит на юг. Именно из него и ведут стрельбу обитатели постройки. Вход, к сожалению, на той же стороне, что окно. Неприятность в том, что неизвестный противник солдат очень негативно относится к любителям погулять по улице, и спрятаться негде. Идти вдоль заборов — непременно увидят солдаты. С противоположной стороны буду как на ладони у снайпера. Хорошо, если там действительно Рубио с ребятами, а если нет? Да и потом, даже если это наши — мы-то с Керой тоже в военной форме, а большой плакат с надписью «МЫ — СВОИ» я почему-то с собой не взял. Забыл, наверное.