— Решила дать девочке повеселиться, — поясняет Кера. — Она прямо рвалась поучаствовать, когда увидела.
Богиня махнула рукой, и я, наконец, заметил то, что упустил в первый момент: девушка, сжавшаяся в углу. Голая. Подойдя, убедился, что помощь ей не требуется. Уже отошла. Что-то многовато в последнее время попадается на моем пути насильников и их жертв.
— Вот уж ничего удивительного, — фыркнула Кера. Похоже, последнюю фразу я пробормотал вслух, — Мы поэтому и думали, что здесь мало людей — они были заняты, стреляли всего двое.
— Это я уже догадался. Хотя странное поведение во время боя. Ты живых-то оставила?
— Нет, Ева увлеклась, — беспечно махнула рукой богиня. — Но вон у тебя целых двое шевелятся.
Действительно. Пока мы говорили, те, кто еще оставался жив после встречи с Керой, уже благополучно отдали богам душу, а вот мои остались живы, только оглушены. И перспективнее всего оказался боров, которому я разбил рожу — я заметил у него лейтенантские лычки. Коллега, значит. Пара хлестких пощечин, и мужчина приходит в сознание.
— Ты кто такой? — надо же какой наглый, только очнулся, и сразу вопросы задает.
— Вопросы здесь задаю я. — Главное, не хихикнуть глупо, закончив фразу. — Кто вы такие и по какому праву чините разбой?
— Дерьма поешь, сученыш, — гадостно усмехнулся толстяк. — Я таких как ты десятками сношал!
Понятно. Спокойно поговорить не получится. Слишком уверен в себе — затишье снаружи прекратилось, снова началась стрельба.
— Кера, сломай ему палец, — попросил я. Неприятно, но у нас нет времени.
Богиня себя ждать не заставила. Пришлось зажать ему рот, чтобы не привлечь чье-нибудь ненужное внимание. Переждав вопль попросил:
— Я имел ввиду указательный, ты зачем с большого-то начала? И на другой руке.
— Хватит! — простонал пленный. — Больные ублюдки, что вам нужно?
— Вопрос ты слышал, — пожал я плечами, стараясь удержать на лице равнодушное выражение. Главное не показать, насколько мне самому неприятна эта ситуация. Вон он как глазами в сторону выхода зыркает — того гляди снова начнет права качать.
— Я лейтенант Керк, двадцать шестой легион Освободитель Ишпаны, — выплюнул толстяк.
Сердце екнуло на слове легион. Если регулярную армию все-таки послали нас усмирять, сопротивляться смысла нет, можно только попытаться сбежать. Против профессиональных военных все наше воинство, которого по факту пока и вовсе не существует, все равно что детсадовская группа против семиклассника. Но потом я зацепился за незнакомое название:
— Что-то я не помню такого легиона в республике. Да их и вообще только двадцать пять было.
— Нас недавно сформировали, — буркнул толстяк, пытаясь здоровой рукой стереть с лица начавшую подсыхать кровь. — Точнее, еще формируют. Но передовые части уже направили в бой.
Уже легче. Только что сформированный легион — это еще не профессионалы. Да и как-то не похож этот Керк на профессионального военного. В нормальный легион его бы и не взяли — едва ли он смог бы пройти испытания.
— Задача у вас какая? Что вы в этой деревне забыли?
— Какая может быть задача? — удивился мужик. Как-то он слишком быстро приходит в себя. Неприятно быстро. Вот только что еще ничего не соображал от страха и боли, а через секунду уже почти спокоен, только морщится, баюкая руку. — Нам сказали, что здесь бунтовщики, и что с ними можно делать все, что захочешь. Да еще за это прощение получим. Мы, правда, увлеклись слегка, далековато забрались.
— За что прощение? — зацепился я за оговорку.
— Да за что угодно, — гадко ухмыльнулся мужик. Он как-то странно повернул голову и потерся подбородком о плечо, но я не обратил внимания. — Мне на каторге двадцатка светила, а теперь буду свободен, как только мы тут всех успокоим. Еще и повеселимся! Это была моя лучшая сделка!
— Что-то ты больно веселый для будущего трупа, — удивился я.
— Это потому, что будущие трупы здесь ты, и твоя психованая подружка. Эй, Сцевола, подай голос. Я же слышу, что вы здесь.
— В какое дерьмо ты ухитрился вляпаться, Керк? — послышалось снаружи.
— Да тут какой-то сучок в дом вломился со своей подстилкой, пока мы отвлеклись. Перебили кучу хороших ребят. Ну ничего, сейчас поквитаемся.
Глава 12
— Давай, бросай свою пукалку. Может, подольше проживешь… — Улыбка на лице Керка ясно показывала — он полностью уверен в своем господствующем положении. Интересно, как вышло, что Кера не услышала приближающихся врагов? И почему молчат те стрелки, которые до сих пор вполне успешно воевали с «легионом»? Бросаю взгляд на богиню, вижу изумление у нее на лице. Понятно, она тоже не понимает, как так получилось.