- Мы сами строили дома для рабочих! За свой счет.
Совсем что ли за идиотов принимает? - удивился Глен. Тридцать лиг в любом направлении и за пределами концессии именно дома стоят, не бараки. Здешнее убожество и на Карене бы засмеяли. А там нищета - жуть.
- Производительность труда выросла на шахтах почти на 15% после принятия новых условий, - пропуская реплику мимо ушей, продолжил Стен. - Кто хорошо получает не заинтересован терять место и желает нарубить еще больше замечательного 'черного золота' - угля. Боитесь убытков - продайте свою компанию Корпорации. Я с удовольствием сведу и процента за посредничество не потребую.
- Ты! - взвыл, вскакивая Марвин. - Я знал, ты не на себя работаешь. На этих, - он потряс рукой и разразился жуткой бранью, не находя приличных слов для Сталелитейной корпорации.
- Записывай, - посоветовал Макс Быстрову еле слышно, с интересом прислушиваясь. - Где еще, как не от высококультурного человека, такое богатство выражений услышишь. Метрополия - кладезь духовности.
- Решили подъехать сбоку? Вот почему губернатор не реагирует на происходящее. Так не бывать этому, - старик отшвырнул стул и выскочил за дверь. - Не продам!
- Проводи, - приказал Шаманов Максу, - а то нам потом отвечать, непременно ведь побьют. Я гарантии безопасности обещал.
- А ведь его здорово прижало, если сам явился, - возбужденно воскликнул Глен. - Взяли мы компанию за яйца!
- Хитрость в том, что он два-три месяца перетопчется, если на принцип пойдет. Забьет на убытки и сядет наблюдать за нашими потугами удержать голодных от работы. Сто тысяч человек на пожертвования долго не прокормишь. Как скоро они уже ко мне претензии предъявят?
- Слушай, - нерешительно сказал Быстров, - мы в натуре с этими буржуями в паре работаем?
- Договориться со мной можно, - пробурчал Шаманов, - купить нельзя. Если одни капиталисты помогают против других и нам это откровенно на руку, почему Лиге не воспользоваться? Связи в губернаторском дворце, деньги для закупки продовольствия, реклама через газеты. На данном этапе интересы совпадают и если они 'Реймона и Марвина' схарчят, так про девятичасовый рабочий день и договор с профсоюзом я чистую правду говорил.
- А счет предъявят за услуги?
- Я, - с откровенным сарказмом в голосе, заявил Шаманов, - никому ничего не должен, поскольку люди за мной идут благодаря свободе совести и сам поднялся по воле Бога. Кстати, - внимательно разглядывая соратника, погрозил пальцем, - ты, безусловно, наш, но не становись нашим сукиным сыном. Что за дела протаскивать сюда собственную лавочку?
- А в чем дело? - немало не смущаясь, агрессивно воскликнул Глен, - папаша мой торгует на 15-20% дешевле магазинов концессии и качество лучше. Да и ассортимент богаче.
- Сделай одолжение, постарайся не путать дела Лиги с собственными. Или я тебя отправлю к родственникам. В отставку. Торговать.
- Вот так сразу, за проявленную заботу о трудящихся.
- Не кривляйся! - резко приказал Шаманов. - 'Непотизм' слышал такое слово? Это чем наши короли всю жизнь занимаются. Наделение родственников доходными должностями в обход прочих кандидатов. Я не могу позволить никому столь явной коррупции. На нас смотрят и выводы делают.
- При чем тут взятки? - обиделся Быстров. - В условиях забастовщиков прямо прописано открытие новых магазинов для шахтеров. Никто не обязывает ходить именно к моему папаше. И есть еще заявки от троих желающих. Я всем позволил завоз. Пусть конкурируют. И потом я не имею отношения к его делам.
- Ты меня понял. Предупреждаю в первый и последний раз. Да! Кого ты собой привез, надеюсь не близкую родственницу старье скупать?
- Это Гейдра Акатова.
- И что ей понадобилось? - после паузы, спросил Стен. - В здешнюю больницу захотелось? Без меня за счастье посчитают принять даже на время.
- Она училась в Тукане...
Шаманов кивнул. Что-то он такое смутно помнил. Не хотели брать Акатову в университет Баллина на факультет медицины. Сиделка, медсестра - сколько угодно. Доктор женского пола - скандал. Потому и известна. Уехала за границу получать образование, а в Тукане с удовольствием приняли женщину в пику Шиолу. Любое действие, выставляющее давнего соперника в невыгодном свете с удовольствием одобрится тамошними чиновниками и еще быстрее прогрессивными деятелями. Она первой пробила стену запрета на женское обучение профессии лекаря, умудрившись проявить высокие профессиональные качества. Пример для подражания. Диплом 'доктора медицины и хирургии', многочисленные статьи в научных журналах, участие в войне в качестве хирурга.