- Неужели и подняться не можешь? – саркастически поинтересовался он. Сепфора ничего не ответила, продолжая тяжело дышать. Проходили секунда за секундой, складывающиеся в минуты, но ситуация не менялась. – Это понимать как проигрыш? - девушка только собралась было что-то произнести, как перед глазами все поплыло, и она упала на землю без чувств. – Черт! - подняв Сепфору на руки, Дан отнес ее в тень, откидываемую большим деревом, росшим неподалеку, а потом просто присел рядом, ожидая пробуждения соперницы. - Неожиданно, - язвительно вымолвил мужчина и дотронулся до груди Сепфоры в области сердца. Снова нулевой запас, физическое истощение. – Да так и умереть недолго, - недоуменно шепнул в пустоту Дан, припоминая слова друга о выносливости и упрямстве девчонки.
Убрав ладонь, но не отводя взгляда, мужчина всматривался в черты лица ученицы, словно припоминая знакомые изгибы бровей, контуры губ. Такие одинаковые и одновременно разные близняшки.
«Нет», - команда самому себе успокоиться и отвлечься. С трудом переключившись на природу, Дан взъерошил волосы, а затем поднялся и направился к озеру. Раздевшись, он окунулся в прохладную воду, которая тут же будто смыла все его тревоги и переживания.
- Приговор: немедленная казнь путем сожжения! – хрипло выговорил мужчина, чье лицо скрывалось капюшоном, а затем поднялся с роскошного кресла, желая насладиться предстоящим зрелищем.
Тут же двое слуг подбежали к жертве, подхватили ее за руки и потащили к алтарю, уже заранее обложенному сухими ветками и давно высохшей травой. Одна искра – и все это заполыхает, сжигая кожу и унося невинную жизнь с собой.
Девушка не сопротивлялась и не возражала – просто не было на это никаких сил. Да и зачем? Разве смерть не единственное сейчас спасение? Разве лучше жить, зная, что все вокруг презирают тебя и готовы убить? Даже собственная мать не раз подстраивала ситуации, где дочь обязательно должна была погибнуть, вот только везение и немного магии помогали всегда выжить.
«Устала», - пронеслось в голове приговоренной, после чего она на мгновение потеряла сознание. Но когда девушка вновь открыла глаза, то поняла, что умирать здесь вовсе не хочет. Такая участь пусть выпадет кому-нибудь другому. Сильнейшая из магов, лучшая из воинов – и это всего в тринадцать лет. Не удивительно, что каждый желает ее смерти…
- Боитесь меня, - вымолвила приговоренная и усмехнулась. – Жаждете убить, но ничего не выйдет! – стоило слугам отпустить ее, подведя к эшафоту, как жертва вскинула руки вверх. Тут же мгла заволокла все вокруг, мешая видеть. – Вы не первые, кто пытается покончить со мной и не последние, кто из-за этого сам погибнет! – крики ужаса, разносившиеся вокруг, резко затихли, лишь изредка тихие стоны разрезали наступившее молчание. Смерть, призванная волей девчонки, забрала жизнь всех находившихся на площади. – И так будет со всеми, кто соберется противостоять мне, - глубоко вздохнув, приговоренная упала на колени, тяжело дыша. – Нужно скорее убираться из города, - но даже приказ самой себе ничего не изменил – силы, которых совершенно не осталось, не спешили восстанавливаться.
Собрав всю волю в кулак, Сепфора сползла с эшафота, после чего потеряла сознание…
«Такая тишина… И тень, никакого солнца… Только почему? Дерево?.. Мы же дрались с Даном. Значит, я проиграла… Нужно, наконец, вылечить эту чертову ногу, - скривившись от боли, девушка зажмурила глаза, пытаясь избежать появления непрошенных слез. – Даже тренировки по совмещению дара и боевых техник ничего не дали. Я, как и раньше, не могу контролировать способности. Лишь предугадываю дальнейшие действия противника, если он не чересчур быстр… - сдерживая стон, Сепфора привстала и подтянула больную ногу к подбородку. Глубокий вздох – и ладони неярко засияли, но мерцание пропало так же быстро, как и появилось. – Нет сил… Совершенно пуста… Смешно. Тошнит от самой себя – сколько можно в обмороки падать? Я же не безмозглая девица, охающая и ахающая по малейшему поводу…» - закрыв лицо руками, Сепфора попыталась сосредоточиться, но тут услышала чьи-то шаги.
- Дай я, - резко выговорил подошедший мужчина, присаживаясь рядом и прикладывая ладони к лодыжке ученицы.
- Не стоит, - дернулась девушка, только собеседник схватил ее за ногу, причиняя неимоверную боль. Стиснув зубы, Сепфора не закричала, лишь жестко произнесла: – Отпусти!