«Слова запечатывания. Удивительно, как она вообще может пользоваться магией. И эта сила… так похожа на мою».
- Да чтоб!.. – прорычал Дан и разорвал связь. – Кто был твоим учителем? – гневно воскликнул он, уставившись в карие глаза собеседницы.
- Никто, - ничего не понимая, пожала плечами девушка. – Немного Господин помогал, а в основном, сама.
- Это невозможно, - не веря, возразил мужчина, продолжая ожидать иного ответа, которого так и не последовало. На некоторое время воцарилась тишина, и лишь два взора будто прожигали друг друга. Первым не выдержал Дан: - Так кто?!
- Ах, ну простите! – театрально встрепенулась девушка, вскочив на ноги. – Простите, что в тот момент, пока ты развлекался в постели с Псефорой, попутно обучая ее магии, я самостоятельно постигала возможности собственного дара! Простите, что каждый раз после ваших занятий сестрица испытывала результативность на мне! Простите, что я выучила заклинание щита и смогла в итоге защищаться! Прости… - и тут Сепфора поняла собственную глупость, ведь наговорила лишнего. – Почему ты меня ненавидишь? Что я тебе сделала? – совсем тихо спросила девушка, внимательно смотря на растерянное выражение лица Дана. – Это ведь не из-за ее смерти, все началось гораздо раньше.
Ответ был Сепфоре совершенно не интересен, поэтому она просто развернулась и ушла. Как всегда. Если подумать, большинство их разговоров заканчивалось именно так. А причина сводилась к одному – Псефоре.
«Всю жизнь ты была мне помехой, но и сейчас, после твоей смерти, ничего не изменилось», - почему-то хотелось плакать, забыв про гордость, честь и достоинство воина. Но на подобную слабину девушка так и не решилась.
На ступенях дома Сепфора увидела Джана, раскурившего трубку. Кирос сидел рядом, поджав колени к подбородку и наблюдая за поднимающимися к небу кольцами дыма. Видимо, его это весьма завораживало.
- Как тренировка? – приветливо протянул старик, не отрываясь от своего столь увлекательного занятия.
- Пусть идет ко всем демонам… - прорычала девушка и быстро прошагала мимо, скрываясь в глубине дома. И пусть собственная комната давно приелась, но зато в ней нет этого напущенного индюка.
Джан же, чье настроение было в очередной раз испорчено горделивой парочкой, лишь прикрыл глаза рукой, нашептывая сотни проклятий в сторону упрямцев.
Закрыв дверь на замок, Сепфора сняла промокшую под дождем одежду и накинула длинную рубаху, намереваясь лечь спать. Все к этому располагало: тело ныло после тренировки, пусть и недолгой, глаза закрывались от постоянного недосыпания, а тут еще и пасмурная погода. Распустив волосы, девушка упала на кровать и несколько секунд не двигалась, ощущая, как приятная нега растекается внутри. Редко когда удавалось отдохнуть на славу, хотя… сколько бы Сепфора не отрицала, но находиться в обществе Дана ей определенно нравилось. И на лечение ран не требовались собственные силы, учитель все делал сам, не спрашивая разрешения.
Неожиданно мысли переключились на сестру и их отношения с единственным наследником графа Жасари.
«Помнится, при дворе Господина все обсуждали жаркий, якобы тайный роман, начавшийся сразу после смерти Одинара. Или раньше?.. Не помню. Все-таки с моей памятью что-то не так, только не могу понять – что именно? - устало вздохнув, девушка закрыла глаза, пытаясь уснуть, но непрошенные мысли муравьиным строем поползли в голову. – Мой учитель… не было его никогда, все знания приходилось получать по крупицам из книг, в то время как Псефора с легкостью обучалась у Дана. Но даже несмотря на данный факт, мне удалось противостоять ей. Эдакая странность, которой не находилось ответа. Или это просто для отвода глаз? Проиграла намеренно, чтобы меня возненавидели сильнее? Да, тогда план удался превосходно. Не знаю ни одного человека, желающего встать на мою сторону. Разумеется, все молчат, но лишь из страха. Даже Господин не одобрил наш бой, наверное, поэтому и сослал. Как и прочие, он попал под чары сестрицы, стоило ей приехать во дворец при всем параде. Что ж скрывать, платья и макияж Псефоре шли гораздо больше, чем мне, пусть мы и близняшки», - углубляясь в воспоминания, Сепфора не заметила, как заснула, но сон оказался не из приятных.
Молодая аристократка, укрывшись в тени, отбрасываемой огромной люстрой, с нескрываемым любопытством читала книгу о приключениях юной леди, роковой красавице и обольстительнице, сумевшей покорить сердца многих мужчин, опытных и не очень. Ей совершенно не хотелось, чтобы кто-нибудь застал наследницу за столь откровенным делом, ведь все считали девушку жестокой убийцей, а никак не романтической особой. При каждом шорохе она вздрагивала и оглядывалась по сторонам, а убедившись, что никого рядом нет, снова с жадностью вчитывалась в строки. А в голове складывалась прекрасная картина о далеких странах и прекрасных принцах, спасающих беззащитных дам. И все больше девушке хотелось оказаться там, в книге. Исчезнуть из этого проклятого мира, где ее ненавидели и проклинали.