Будто подпитываясь непогодой, девушка с упорством ежедневно выходила на улицу, чтобы потренироваться, в то время как мужчины отсиживались или дома, или на крыльце под укрытием небольшого навеса. Со знанием дела они раздавали советы, на которые Крейсторф совершенно не реагировала. Ее привлекало лишь одно – практика с Даном. Правда, они изучали пока только азы, но Сепфора, оказываясь рядом с учителем, аккуратно его просматривала, пытаясь понять уровень силы. Только, к сожалению, все оказывалось тщетно: барьер, заграждающий разум Дана от постороннего вмешательства, был выстроен на славу, в нем не было ни единой трещинки или лазейки, что очень злило воительницу, ведь ее защита не настолько идеальна.
«Искусный лжец и обманщик, идеальная пара для моей умершей сестренки! - машинально делая выпад, размышляла Сепфора, мысленно прокручивая в голове события предыдущих дней. – Хочу драться с ним, а не с Джаном, приемы которого я давно выучила. А вот его… Они не поддаются никакой логике. Подсечки, уклоны, атаки – не знаю, в какой школе учился этот выскочка. Не знаю и понять не могу, значит, и применить в бою не получится», - задумавшись, девушка не заметила, что наскочила на ветку от сломанного дерева. Только падения не произошло: извернувшись, она, одной рукой оттолкнувшись от земли, встала на ноги.
- Черт, теперь вся грязная, - отряхиваясь, процедила сквозь зубы Сепфора, а потом случайно взглянула в сторону, где сидели мужчины. Заметив на их лицах ухмылки, она разозлилась еще больше. – Может, достаточно прохлаждаться? Вы же мои учителя, как-никак, вот и давайте, учите! – резковато проговорила девушка, подходя ближе. – Или дождика боитесь?
Джан спохватился первым, быстро отказавшись от тренировочного боя – ему совсем не хотелось мокнуть. Жасари же ненадолго задумался, после чего произнес:
- Я согласен, но с одним условием: ты не должна тратить время и усилия на просчет моих предполагаемых действий. Это бесполезно, за все время ты ни капли не продвинулась в своих умениях, - надеясь задеть Сепфору за больное, вымолвил Дан, только та и бровью не повела. – Ну, идет?
- Если ты настолько хорош, то почему не участвуешь в состязаниях на звание главного помощника Господина? Уверена, тебе будет приятно сместить меня с данной привилегированной должности, - усмехнувшись, Сепфора взяла в руки Иллюзию жизни, до этого лежавший в стороне в сухом месте. – Пожалуй, я соглашусь. И еще, не жалейте меня, граф Дан Ларуа Жасари, - от официального обращения учитель скривился, а затем поднял свой меч и вышел на отведенное под бои место.
«Очередной проигрыш будет равносилен смерти. Нужно постараться!»
Меч наизготове. Он готов к бою, вновь хочет почувствовать тот сладостный вкус крови, которым когда-то его ежедневно подпитывали. Но сейчас было всего лишь тренировочное сражение, нельзя уповать на нечто большее, чем всего лишь несколько капелек тягучей алой жидкости.
Спокойный взгляд, в котором отражались стойкость и твердость. Ровное дыхание, но немного неритмичное биение сердца. Уверенность если не в победе, то точно в том, что сопернику придется тяжело. Легкая улыбка и выдох. Взмах ресниц… Она готова начать бой.
Только он медлил. В этот момент его взор был прикован к противнице. Мужчина всегда расценивал ее как врага, но сегодня… сегодня что-то изменилось. Только в ком? Уж явно не в нем, но тогда почему ее взгляд такой загадочный и притягательный? К тому же, оказывается, девушка довольно милая и, разумеется, похожая на его любимую.
«Безусловно, они же близнецы!» - укорил себя за глупость мужчина, разозлившись. Не прошло и секунды, как Дан полностью преобразился. Проигрыш? Ни в коем случае. По крайней мере, не сейчас.
- Начнем! – твердо выговорила Сепфора и шагнула вперед. Лезвие меча разрезало воздух, но плоти соперника не достигло, столкнувшись с сопротивлением. Иллюзия жизни против Когтя дракона – не менее легендарного оружия. – Что? Откуда он у тебя? - отскочив, искренне удивилась девушка. Воспоминания совершенно не вовремя завертелись в голове…
Страх. Маленькие ладошки, сжатые в кулачки, судорожно били по двери. Из глаз ручейками сбегали слезы. Из комнаты, заполненной страданием, раздавались крики и всхлипы.
- Мама! Нет! Выпусти! Они рядом! Меня убьют! – шестилетний ребенок, не жалея собственного голоса, надрываясь, звал родительницу, которая никак не реагировала. – Прошу! Я выполню все, что ты прикажешь! Мама, мама, мама!!! – хриплый стон сорвался с уст в последний раз. Не прекращая плакать, девочка забилась в угол, ожидая своих обидчиков.