- Всегда знал, что женщины – глупые создания, - лошадь Дана – Пепел - легкой поступью шагала рядом с девушкой, тогда когда ее наездник рассуждал о сущности прекрасной половины человечества. – Нет бы спокойно доехать до столицы верхом, вы предпочитаете выказывать довольно скверный характер, зная при этом, что мужчинам нравятся более покладистые… хм, особи.
- О, граф Жасари, так вы умеете делать комплименты, - съязвила Сепфора, не глядя в сторону собеседника. Джан, с любопытством прислушивающийся к их перепалке, немного скосил взгляд, ничего интересного так и не приметил, но «слежку» не оставил. – Раз уж на то пошло, ответьте: а вы сами бы поехали в обнимку с человеком, которого ненавидите, не уважаете и желаете убить?
- Если бы от этого зависела моя жизнь – да, - немного порассуждав, изрек Дан, почесав подбородок. – Но не стоит путать мужчин с женщинами, всем известно, что часто вы любите тех, кого ненавидите, - в ответ на услышанное Сепфора покраснела и зашагала быстрее. – Не зли меня и не задерживай наш путь, - Жасари вновь чуть наклонился, подавая руку, но упрямство девушки оказалось сильнее. – Сама напросилась, - выдохнул Дан и резко натянул поводья. От неожиданности Пепел встал на дыбы и громко заржал, но наездника не сбросил. Свернув круто вправо, мужчина ускакал назад, подняв столб пыли.
«Куда это он интер…» - додумать Сепфора не успела, так как стук копыт оказался чересчур близко, и сильные руки подхватили ее, перекидывая через коня. Сначала девушка даже не поняла, что произошло, ударившись прямо местом ранения. Яркий звездопад вновь сверкнул перед глазами.
- Теперь довольна? – откуда-то, словно издалека, раздался насмешливый голос Дана. – Захочешь сесть поудобнее, дай знать, а я пока полюбуюсь на твои прелести.
Вся боль резко прошла, зато вспыхнуло, как загоревшаяся свечка, возмущение. Попытавшись вырваться, Крейсторф поняла, что потихоньку скатывается вниз.
- Ненавижу, - прошипела Сепфора и послала мысленный точный удар, направленный прямо в нос неприятелю.
Тот, увлеченный самовосхвалением, не заметил атаки, отреагировал лишь на сильную боль. Мгновенно схватившись за лицо, чуть не свалившись с лошади, мужчина отпустил свою жертву. Девушка, ухмыляясь, опустилась ногами на землю, благо, Пепел затормозил, почувствовав, что поводья ослабли.
Джан, наблюдающий за происходящими событиями, залился в хохоте, останавливая коня. Даже Кирос не сдержал улыбки. Сепфора подмигнула зрителям и театрально поклонилась. Лишь Жасари не поддержал дружный веселый настрой компании, утирая кровь с носа. Рана его не сильно беспокоила, а вот нанесенная обида – иное дело. Хотя получил он по заслугам, признавал. Сверкнув глазами в сторону усмехающейся ученицы, Дан сдвинул серьезно брови, а затем просто протянул руку.
- Ну а теперь что, согласна?
Подобного жеста Сепфора не ожидала, поэтому немного растерялась, только воинская выучка быстро напомнила о себе.
- Квиты, - дерзко бросила она и дотронулась до теплой ладони.
Всадник тут же отреагировал, удобно пристраивая ученицы рядом. Девушка сразу попыталась создать расстояние между ними, но Дан уверенным жестом прижал ее к груди. Судорожно сглотнув, Сепфора решила больше не шевелиться: чем меньше точек соприкосновения, тем лучше. Для обоих.
Видимо, мужчина придерживался той же тактики. Из уверенного и самовлюбленного воителя он превратился в напряженного юнца, по коже которого пробегали мурашки от осознания близости ученицы.
«Я просто отъявленный дурак, - мысленно прокручивал одну и ту же фразу Дан. - Ведь мог взять Кироса себе, а Сепфору… Да нет, лошадь Джана – Алеба – не потянула бы двоих. Да и сделанного не исправишь, придется потерпеть. Ну и что, что похожи. Ну и что, что возможно путал. Псефора обязательно вернется в этот мир, и элементы реальности встанут на свои законные места», - успокоив разум, Жасари отвел взгляд в сторону.
Пытаясь отвлечься от постоянно возникающих неприятных ощущений, девушка стала задавать – аккуратно, ненавязчиво – интересующие вопросы о психокинетических способностях. Чтобы победить, необходимо узнать соперника изнутри.
«Почему Господин сделал эту замену?» - бесконечным мучением проносился в голове единственный вопрос. Только ответа не было.
Возможно, месть за бой с сестрой? Не исключено. Хочешь поставить слугу на место – отчитай перед всеми. В случае Сепфоры масштаб выглядел внушительным, ведь на показательные бои-игрища соберутся представители всех аристократических родов. Позор от проигрыша распространится быстрее пожара и окажется равен убийству. Физическому и моральному. Только здраво оценивая собственное состояние, девушка и не надеялась на победу, да даже на редко складывающуюся мировую, когда оба противника соглашаются на проигрыш. Лучше умереть на арене, чем жить с таким клеймом.