- Здесь мы ничего не подберем, - подумав, неуверенно проговорила Сепфора и зашагала в обратную сторону.
- Почему?
- Уровень не тот, все рассчитано на бедных, а мы предстать перед графом Жасари обязаны в самых роскошных нарядах, - ухмыльнулась Сепфора и повела за собой девчушку, но та резко остановилась.
- Погоди, нам в другую сторону! – схватив аристократку за свободную руку, весело воскликнула Сайшиа и побежала куда-то налево. Петляя между домами и пересекая узкие улицы, рыжеволосая бестия без умолку болтала, рассказывая, как однажды заблудилась в квартале богачей и наткнулась на шикарнейшую лавку с определенно женским уклоном. – Вот, это здесь! – запыхавшись, широко улыбнулась она и начала привязывать свою лошадь в специально отведенном месте. – Сеа, идем!
Крепко закрепив поводья на деревянном столбе, установленным горизонтально между двумя перегородками, Крейсторф прошла внутрь дома и тут же увидела хозяйку, облаченную в темно-зеленое платье с многочисленными рюшами и кружевами. Та высокомерно обвела взглядом гостей, задержавшись особо на облаченной в обычный черный плащ Сепфоре и низким голосом произнесла, что обслуживает лишь знатных клиентов. Сайшиа тут же жалобно посмотрела на подругу и сделала шаг к выходу, но была остановлена уверенной хваткой за запястье.
- А разве род Крейсторф не подходит под описание? – скинув капюшон, грубо поинтересовалась воительница.
- М…миледи, простите, - побелела женщина, мгновенно узнав прислужницу Господина. – Я стара, зрение подводит…
Не желая выслушивать жалкие оправдания, Сепфора изложила цель визита. Хозяйка сразу кинулась доставать лучший товар, но ее вкус оказался слишком экстравагантным для двух воительниц. Театрально вздергивая носики или приподнимая брови, они отвергали все предложения.
- А нет чего-то… попроще, но…
- Поняла! – воодушевившись, перебила, нарушая правила хорошего тона, женщина и скрылась в другой комнате, оставляя посетительниц в одиночестве. Но те не особо загрустили: Сайшиа, вскочив на ноги, подхватила ярко-красное платье, расшитое белыми кружевами и золотой тесьмой, приложила к себе и начала кружиться в танце. Сепфора, не сдерживая эмоций, тихо хохотнула. – Вот, взгляните! – совсем не вовремя вернулась хозяйка и нахмурила тонкие брови, заметив веселящегося ребенка. Та мигом угомонилась, положив наряд на место и шепнув извинения. – Примерьте, миледи, - и женщина протянула наследнице светло-зеленое платье. Девушка внимательно осмотрела предложенное со всех сторон, одобрительно кивнула и прошла к зеркалу.
Тем временем хозяйка лавки занялась Сайшиа, восхищающейся принесенной одеждой. Страх исчез окончательно, поэтому Беатрин вступила в беседу с девочкой, заинтересовавшись ее рыжими непослушными кудряшками. Заливистый смех тут же заполнил дом, немного приподнимая настроение всех присутствующих.
Оглянувшись на болтушек, Сепфора без посторонней помощи облачилась в платье и взглянула на свое отражение.
«Вылитая сестрица, - сглотнув, отметила невероятное сходство наследница и поправила волосы. – Не удивительно, что Дан нас путал», - осознание правды пришло лишь сейчас, причинив неясное чувство боли.
Быстро сняв первый наряд, Сепфора примерила второй и третий, решив взять все, а затем вопросительно посмотрела на девчушку, успевшую стать практически подругой.
- А сколько можно выбрать? – растерявшись, не в силах остановиться на чем-то конкретно, жалобно спросила Сайшиа.
- Сколько нравится, - смилостивилась Сепфора, доставая золотые монеты и рассчитываясь с хозяйкой.
- Минуту, - Беатрин снова скрылась в потайной комнатке, а вышла оттуда с каким-то большим свертком. – Это подарок, - и она вытащила разнообразные заколки, пару диадем и по тону подходящие к платьям перчатки.
- Спасибо! – воскликнула рыжеволосая непоседа и кинулась с объятиями на женщину. Та опешила, но не отстранилась.
- Благодарю, - тихо вымолвила наследница Крейсторф, принимая сложенный и обернутый тканью товар и накидывая привычный черный плащ.
Выходила из лавки Сайшиа расстроенная, хотя и прижимала целых четыре наряда к груди. Изменение настроения она пояснила жалостью к одинокой и никому ненужной Беатрин, рано потерявшей детей и мужа.
- У нее есть золото, но нет счастья…
- Хмм, ты подала мне идею, - хмыкнула Сепфора, убрав платья в мешок, прикрепленный к седлу, и усаживаясь на Ярость. – Станешь надоедать – отдадим тебя ей в качестве дочери, вон как сдружились.