- Миледи? – на этот раз не повезло: на пролете, ведущем на третий этаж, показался Хотс, сразу вежливо поклонившийся. – Пора обедать, уже все собрались, ждут вас.
- Сейчас спущусь, - спокойно проговорила наследница и продолжила свой путь, слуга же развернулся и направился вниз.
Обычно девушка никуда и никогда не опаздывала, но сегодня и день был отчасти особенным. Оставив книги на столике в комнате, она неторопливо последовала к остальным. Мужчины, оставленные в обществе Сайшии, терпеливо ожидали, не нарушая этикета, и иногда переговаривались. Только все беседы прекратились, стоило Сепфоре показаться в дверях. Каэрто сидел спиной и не видел вошедшую, а вот трое остальных замерли, не узнавая строптивую дочь герцогини Тариссы. Подобная реакция заинтересовала и самого графа. Немного повернувшись и подметив милую девушку со столь знакомыми чертами лица, граф Жасари непроизвольно тихонько шепнул: «Псефора». В этот момент наследница приблизилась к своему месту и присела на отодвинутый Хотсом стул.
- Прошу прощения, милорд, но вы перепутали меня с сестрой, - с сарказмом вымолвила она и стойко выдержала смертоносный взгляд со стороны вовремя отреагировавшего Джана.
Но ни граф, ни его сын не услышали колкость, полностью поглощенные рассматриванием нового образа Сепфоры. Рассматриванием и осознанием, насколько сестры действительно были похожи, ведь раньше мужчинам не приходилось видеть старшую наследницу в платье. Первым отошел от неожиданного сюрприза Дан и приказал подавать еду, избегая встреч взглядом с ученицей. Каэрто же, не желая, видимо, принимать реальность, поднялся и покинул зал, напоследок бросив, чтобы ему подали обед в рабочий кабинет.
- И чем опять не угодили графу? – буркнула себе под нос Сайшиа и начала ковыряться в тарелке. – Вон как вырядились… Кирос, скажи, неужели мы плохо выглядим?
- Дело не в этом, - покрываясь пунцовым румянцем, выпалил мальчик и еле слышно добавил: - Потом расскажу.
Разумеется, от взрослых не укрылась беседа, только они сделали вид, будто ничего не произошло. За обедом Джан несколько раз попытался нарушить угнетающую тишину, но его стремления никто не поддержал. Все быстро насытились и разошлись заниматься собственными делами.
Сепфора же, как и запланировала, ненадолго забежала в комнату и отправилась в укромное местечко в саду, на качели. Но одиночество длилось недолго. Не оборачиваясь и не отрываясь от чтения, девушка ощутила знакомую ауру. Лишь когда мужчина молчаливо уселся рядом, она немного отодвинулась к краю и прикрыла обложку книги. Еще несколько минут Жасари молчал, а затем выдохнул, опустил голову и взъерошил обеими руками густые волосы.
- Зачем весь этот театр? – произнес Дан, но собеседница никак не отреагировала. – Хотела довести отца?
- Хотела, чтобы на меня не пялились, осуждая за внешний вид, - резко закрыв книгу, обернулась наследница Крейсторф. – Не надо так смотреть, в сестрицу не превращусь, - тут же прозвучало саркастичное замечание.
- Вы сейчас вылитая копия друг друга, за исключением прически, - машинально дотронувшись до волос, девушка вызвала улыбку на лице учителя. – Ладно, постараюсь не отвлекаться на твой внешний вид, необходимо обсудить вещи посерьезнее.
- А если я не хочу? – возмутилась Крейсторф.
- Я тоже не особо горю желанием, но завтра будет трудный день для всех. Давай просто перестанем спорить, и ты на время подчинишься мне? – устало, с мольбой в глазах предложил Дан. – Пожалуйста, Сепфора, умерь гордыню.
Сильнее сжав книгу в руках, наследница отвернулась и прикусила нижнюю губу. Ну почему она не может побыть в одиночестве хотя бы один вечер? Почему проводит время именно с этим человеком?
- Пообещай, что не будешь упоминать о сестре, - мужчина кивнул. – Хорошо, слушаю, - перевернув книгу обложкой вниз, чтобы скрыть название, девушка уселась удобнее лицом к собеседнику.
- Спасибо, - выдохнул он и взял Сепфору за ладони. Та, разумеется, попыталась высвободиться, но хватка оказалась достаточно крепкой. – Так надо, не сопротивляйся. Не могу я тебя отпустить на бой без запасного источника силы, - в голосе отчетливо читались нотки гнева, но не на ученицу, скорее на себя, за проявление слабости. Любит одну, а помогает другой – где это вообще видано? Сплошная нервотрепка. – А пока давай поговорим, точнее, вспомним, как вообще появился наш дар.