- Точно! – рассмеялся мужчина, поражаясь догадливости собеседницы. – Все ошибочно полагают, что древняя магия – это то, как люди много веков назад колдовали и чему научились, но нет.
- А новая?
- Тут проще: все виды проявления дара – водная или огненная стихия, к примеру, - возникшие после переворота. Но ты должна запомнить еще одно, - сменив тон на более строгий, выговорил Дан. – Древняя магия в конечном итоге смешалась с гномскими знаниями, приобретя иной оттенок, более жестокий и боевой. Подобным заклинанием как раз и воспользовался Вединер при вашей встрече, - наследница кивнула и попыталась выстроить в голове единую цепочку из услышанной информации. – Только, Сепфора, мы не закончили, - и Жасари поднялся с качелей, поднимая руку вверх. Тут же мелкие камешки, разбросанные на земле, взлетели вверх, начав вертеться. – Попробуй повторить.
- Что? Телекинез? – глаза наследницы Крейсторф округлились.
- Именно, первородный дар, - и мужчина повернулся к ученице, слыша за спиной хлопки: камни упали на те же места, откуда были насильно подняты.
- Так вот что я видела тогда, - мгновенно в голове всплыла немного затуманенная картинка. – Ты окружил себя и сестрицу вихрем из вращающегося песка, а когда дошла очередь Псефоры, она провалилась. Ей не удалось осилить телекинез.
- К сожалению, ты права, - пожал плечами собеседник. – Все занятия окончились нулевым результатом, надеюсь, с тобой ситуация сложится другая, - присев снова на качели, вымолвил Дан. – Вообще забавно вышло в истории нашего государства: начинали с одной силы, а пришли совершенно к неожиданным результатам, забыв про первоисточник. Сейчас любой человек, владеющий телекинезом вместе с врожденным, но измененным даром, способен победить армию… Что ж, хватит размышлять, пора и делом заняться, - хлопнув ладонь о ладонь и потерев их, сказал мужчина и осмотрел ученицу. – Хмм, платье не помешает. Вставай.
Скрипя сердцем, Сепфора подчинилась, хотя сильно сомневалась в успешном окончании занятия – ей бы сначала с силой собственной разобраться. Учитель пристроился рядом и начал раздавать указания: мысленно сосредоточиться, медленно поднять руку вверх и представить какой-либо предмет у себя в ладони. Звучало просто, а на деле ничего не выходило, точнее, чистый телекинез не получался, зато ближайшие деревья, трава да и сама земля покрылись легким инеем.
«Ты сможешь овладеть первородным даром» - постоянно повторял Дан, пытаясь предотвратить очередную вспышку гнева. И Сепфора сдерживалась, не давала силе прорваться наружу, хотя выходило все труднее. Не желая прерывать занятия, мужчина несколько раз щедро вливал в ученицу собственную энергию – ему-то она не требовалась в данный момент, только результат не менялся.
- О, Боги! Да что здесь сложного?! – в один момент сорвался Жасари, приметив на небе восходящую луну.
Услышав гневное восклицание, уставшая Сепфора резко обернулась, по привычке вскидывая руку вверх. В мыслях мелькнул образ книги, оставленной на качелях, которая мгновенно взмыла в воздух и метнулась в сторону наследника Жасари, одновременно покрываясь коркой льда.
- Дан! – осознав, что натворила, вскрикнула девушка и сжала ладонь в кулак. Замороженный фолиант остановился, немного не долетев до лица учителя. Тот обернулся и довольно хмыкнул, хотя снова нашел к чему придраться: телекинез полностью не удался, но первый шаг был сделан. К сожалению, и последний для этого дня. Сообщив об окончании тренировки, мужчина проводил ученицу в дом. – Погоди, - перед тем, как направиться к лестнице, тихо вымолвила Сепфора. – А кто в тебе развил первор…
- Это не имеет никакого значения, - быстро оборвал вопрос Дан и развернулся в противоположную сторону. Если он с Псефорой не поделился самым главным секретом, то почему должен откровенничать с ее сестрой, которой поведал и так чересчур много?
Выдохнув, Жасари упал на кресло возле очага и устало вытянул ноги. Завтра предстоит сложный день не только для строптивой наследницы Крейсторф. На показательных сражениях всегда присутствует Господин, а если слова Сепфоры правда, то… он скоро снова увидится с потерянной возлюбленной.
Глава VI. Холод против света
Каково это – потерять семью при живых родителях? Познать несчастья и унижения, постоянно выслушивать слова о никчемности? А потом внезапно встретить понимающего человека, который предлагает помощь. Разум сразу затуманивается, обостряются чувства, настойчиво требующие поверить и последовать за незнакомцем. И ты идешь, выполняешь любое требование, любой приказ, в итоге теряя собственную личность и превращаясь в безмолвного слугу. Слугу, презираемую всеми. Но глупое сердце по-прежнему настаивает продолжать подчиняться, ведь этот человек когда-то вызволил из беды, позволил посмотреть на мир с совершенно иного ракурса. Рассудок отныне бессилен… всегда ли?