«Успокойся» - отчетливо прозвучало единственное слово в голове Сепфоры. Сначала она никак не отреагировала, полностью окунувшись во власть неконтролируемого дара, а затем ощутила тепло на спине. Там, где лежала ладонь учителя. Неясная легкость волнами начала проходить по телу, смывая ненависть и принося умиротворение. Камни вокруг замедлили движение, но не упали.
Прикрыв глаза, наследница Крейсторф отдалась во власть чувств, забыла про предстоящий бой. Не думала даже о том, что этот поцелуй ничего не значит, лишь простое желание Дана довести ее до использования телекинеза. Побыть несколько мгновений обычным человеком. Влюбленным и кому-то нужным.
Сказка прервалась громким цокотом приближающихся лошадей. Оттолкнув от себя мужчину и услышав звук падающих камней, Сепфора накинула упавший капюшон и вернулась к Ярости. Поглаживая коня по гриве и пропуская всадников, девушка молчала.
- Глупо было так поступать, - оставшись вновь наедине, проговорила она, возвращаясь в седло. – Это бесконтрольная сила. И только. Зря запас потратила.
- Вся та сила, что я вчера передал тебе, не тронута, - без проявления эмоций в голосе сказал Дан. – Энергия тугим клубком спрятана возле сердца. Чтобы воспользоваться ею, просто попроси, назови мое имя, - и Жасари ударил лошадь по бокам, направляясь к месту запланированных боев, не дожидаясь ученицу. Все возможное он сделал, теперь дело за самой наследницей Крейсторф.
Девушка тоже медлить не стала, только выбрала другую дорогу. Прибыв к огромной и широкой арене, огражденной со всех сторон стенами, Сепфора прошла внутрь мимо стражников. Тут же ее встретили прислуги Господина и провели по недлинному коридору в какую-то комнату. Мгновенно голоса затихли, все изучали вошедшую. Не снимая капюшона, воительница ощутила энергию тринадцати человек, а затем заняла свободное место на скамье в дальнем углу. Не найдя ничего интересного в странной персоне, незнакомцы продолжили громкую беседу, приглушаемую диким хохотом. Женщин на этих показательных сражениях, кроме Сепфоры, не оказалось.
Спустя некоторое время в комнате эхом прозвучали слова Вединера о начале боев, была произнесена насыщенная красивыми и пафосными словами вступительная речь. Ухмылки расползлись по лицам присутствующих, все готовились показать собственное превосходство, ведь от этого зависело дальнейшее положение в социальной иерархии их семей. Услышав свои имена, двое мужчин скрылись за дверью, а остальные смолкли. Болтовне пришел конец, необходимо было настроиться морально и верно распределить силы. Все знали противников в лицо. Только незнакомка, укрытая плащом, тревожила умы воителей, будоража их фантазию и пробуждая интерес.
Потихоньку число присутствующих стало уменьшаться: проигравший и победитель занимали специально отведенные места на трибуне. Периодически слышались громкие крики, взрывы или бурные овации. Зрители в этом году не стеснялись проявления эмоций – пришло слишком много молодых аристократов, у которых в крови взыграл адреналин. Им самим хотелось оказаться на арене и сразиться потехи ради. Но из-за отсутствия подобной возможности, юноши и девушки делали ставки на победителей, растрачивая родительское золото или серебро.
В это же время тишина в комнате угнетала все сильнее, ожидание сводило с ума. Мужчины начинали осматривать друг друга, пытаясь по внешнему виду угадать слабые или сильные черты, пропущенные при изучении книг о том или ином роде. Разумеется, ничего не выходило. И лишь двое не участвовали в общем процессе: Сепфора и высокий светловолосый мужчина лет тридцати. Девушка просто сидела на скамье, анализируя теорию, полученную прошлым вечером от Дана, и пытаясь как-то сопоставить с проявлениями собственного дара. Без практики это было сложно, почти невозможно, но и надеяться на случай в виде потери контроля над силой – глупо.
Второй человек, не участвующий ранее в разговорах и сейчас абсолютно не выказывающий эмоций, сидел в противоположном углу, прикрыв глаза. На первый взгляд казалось, будто он спит, только мужчина размышлял о своем оппоненте. Вединер предупредил о замене, не назвав при этом имени, через гонца, который по причине разыгравшейся песчаной бури в пустыне, сильно задержался. Теперь Лан-о-Ани исподтишка рассматривал будущего соперника, даже не в силах понять: то ли это женщина закутана в плащ, то ли чересчур женственный парень. Стоило им остаться вдвоем, как мужчина взглянул на таинственного человека своими ярко-голубыми глазами.