«Я, конечно, знал, что она наденет платье, но даже не подозревал о наличии столь откровенных нарядов в гардеробе суровой воительницы», - подумал мужчина, а затем уложил несколько одеял на кровать и застелил простыней.
- Дан? – совершенно не понимая поведения учителя, вопросительно проговорила Сепфора.
- Извини, здесь прохладно, - ответил он и подошел совсем близко, дотронувшись до волос спутницы. Прикосновение вызвало дрожь по всему телу девушки, но она не отстранилась, продолжая исполнять роль в непонятном спектакле. – Ты красива, - правая ладонь скользнула на щеку, а левая бережно легла на лопатки. – В храме я и не заметил, волновался, да еще и этот черный плащ… - собственные слова казались правдивыми или же… Это и есть правда. Горькая и приятная одновременно. – Сепфора, - выдохнул имя ученицы мужчина и притянул к себе.
«Это безумие!» - внутренне начала сопротивляться наследница, почувствовав прикосновение теплых губ к своей шее. Но приятная истома расползлась по телу, вытесняя рассудок.
Дан, не ощущая сопротивления, проложил дорожку из поцелуев до плеч и вернулся к губам. Он осознавал, что задуманный план искажается, только остановиться был не в силах – его тянуло к Сепфоре. А в голове билась единственная мысль: «Это не Псефора». Хорошо или плохо – мужчина и сам не понимал. Запутался в чувствах к сестрам, не мог разобраться, кого же любил на самом деле – младшую дочь Тариссы или ее идеальный образ. Но все это выглядело не важным, меркло на фоне соблазнительно оголенных плеч и шеи, где тускло мерцало золотое колечко.
Не прерывая поцелуя, Дан подхватил ученицу на руки и поднес к кровати, бережно опуская. В ее глазах читался испуг и непонимание, а пальцы крепко сжались в кулачки.
- Не бойся, - шепнул на ухо наследник графа Жасари и на секунду замялся, обдумывая - продолжать игру далее или остановиться.
Неожиданно первый шаг сделала Сепфора, легонько потянув Дана на себя. Тот, не удержав равновесия, склонился над девушкой, уперевшись руками в кровать. Взгляды молодых людей, в которых ярко прочитывались страсть и желание, встретились. Не сопротивляясь неясному порыву, Крейсторф подалась вперед и обняла учителя, таким образом заставляя практически лечь на нее. Робко и осторожно она дотронулась до губ партнера, но он резко отстранился и снял влажную рубашку, одновременно примечая, как Сепфора смущенно отворачивается.
- Иди сюда, - вымолвил мужчина и усадил девушку на колени лицом к себе. Женские ладони легли на плечи, а затем медленно стали опускаться вниз, вырисовывая неровные фигуры на коже возле позвоночника.
В это же самое время Дан распустил волосы партнерши и принялся ослаблять шнуровку на платье. Наследница Крейсторф тут же сжалась, машинально сильнее прижимаясь к мужской груди. Тот непроизвольно улыбнулся и провел кончиками пальцев от мочки уха до плеча, повернув в другую сторону.
«Если сейчас не остановлюсь, будет хуже», - внезапно посетившая здравая мысль освежила будто ведро ледяной воды, вылитое на голову. Проговорив слово силы, Дан выдохнул и произнес вслух:
- Достаточно, - по изменившейся интонации учителя Сепфора все поняла и разомкнула объятия. Во взгляде что-то изменилось, но Жасари не обратил внимания. – Спасибо за понимание, - девушка поднялась на ноги и пристально посмотрела на собеседника.
- Я жду объяснений, - ровный и спокойный голос, словно минуту назад между молодыми людьми ничего не произошло.
- Псефора что-то задумала, вероятно, попытается тебя подставить или очернить. Поэтому я придумал все это: в нужный момент сработает заклинание, и воспоминания о сегодняшнем вечере поменяются местами с другим, необходимым днем. Своеобразная защита. Разумеется, пришлось перейти дозволенные границы.
- Ты вообще понимаешь, что этим предаешь любовь к сестрице? – осознав глупость задумки, с укором выговорила девушка и усмехнулась.
- На данный момент я защищаю тебя, - твердый ответ смутил наследницу. - Потрудись запомнить простую истину: Сепфоры Крейсторф более не существует, есть Сепфора Крейсторф-Жасари – супруга младшего сына графа Жасари. Отныне и до решающего боя между тобой и Псефорой ты считаешься моей женой, - мужчина замолчал, сжав кулаки, а после добавил: - Разумеется, если я ошибаюсь, то о фарсе никто не узнает. Но кольцо не снимай, прячь под одеждой. А теперь давай спать, утром вернемся в особняк, - сменил тему Дан и прилег на противоположный край кровати, повернувшись спиной.